Москва 24

Город

12 августа, 00:01

Легендарный памятник конструктивизму. Дом Наркомфина откроют для посетителей

В Доме Наркомфина после реставрации создадут музей его истории и сделают общедоступной крышу. Об этом Москве 24 сообщил руководитель департамента культурного наследия Москвы Алексей Емельянов.

Фото: stroi.mos.ru

"Насколько я знаю, собственник объекта после его реставрации не планирует делать какое-то закрытое место, в одном из помещений будет организован музей истории дома. Для людей будет открыта кровля, она предназначена для общественного пространства", – рассказал Алексей Емельянов.

Он предположил, что экскурсии по дому будут проводить организованно, по записи, в определенные дни и время, чтобы не создавать дискомфорта жильцам.

"Дом Наркомфина всегда был неким открытым пространством, в каком бы ужасном состоянии ни находился. По нему водили организованные экскурсии", – отметил собеседник Москвы 24.

По его словам, реставрационные работы памятника конструктивизму завершатся к октябрю-ноябрю 2019 года, а до конца года проведут отделку внутренних помещений.

Ранее о том, что у москвичей будет доступ в здание, сообщил генеральный директор ООО "Лига Прав" – компании, владеющей домом, Гарегин Барсумян.

"Мы делаем все для того, чтобы у всех москвичей был доступ к этому дому, чтобы насладиться отреставрированным памятником архитектуры", – рассказал журналистам Гарегин Барсумян. Он подчеркнул, что на крыше будет создана зона отдыха для жителей дома и москвичей.

Кроме того, он считает, что в доме нужно создать пространство, посвященное истории Наркомфина, и для этого рассматривает коммунальный корпус, куда смогут попасть не только жители, но и все желающие.

Воплощение утопии

Дом Наркомфина строили в конце 1920-х годов как образец нового быта советского человека. Разные люди, находившиеся под одной крышей, должны были стать одной большой семьей.

Экспериментальное жилье предназначалось для чиновников народного комиссариата финансов РСФСР и их близких. Заказчиком строительства необычного дома стал народный комиссар финансов Николай Милютин – любитель авангарда и необычной архитектуры.

Архитекторы Моисей Гинзбург и Игнатий Милинис создавали дом переходного периода – от буржуазного, частного уклада жизни к коммунистическому, коллективному, поэтому здесь сочетались частное и общее, компактность и удобство.

В пятиэтажном доме построили три типа двухэтажных квартир: для большой семьи – тип "К" площадью 90 метров с кухней и двумя спальнями на втором этаже, маленькие ячейки – тип "F" – по 37 квадратных метров для одного-двух жильцов.

В обоих концах дома располагалась третья конфигурация квартир: "2F" тип – сдвоенные маленькие ячейки. Первый и второй этажи занимали большие квартиры, три верхних – ячейки типа "F".

По задумке архитекторов, все жильцы должны были питаться в общей столовой, отводить детей в детский сад, одежду чистить в общей прачечной, вечером ходить в клуб, спортзал, читать книги и газеты в библиотеке.

Под коллективные занятия возвели коммунальный корпус, соединив с жилым крытым мостом – переходом на уровне второго этажа. Прачечной и гаражу отвели отдельный двухэтажный технический корпус.

Добрососедским отношениям должны были способствовать широкие коридоры, сюда жители могли выставлять столы и общаться друг с другом. Для совместного отдыха также оборудовали крышу, здесь под шезлонгами жильцы должны были принимать солнечные ванны и посещать летнее кафе.

В 1928 году архитекторы Моисей Гинзбург и Игнатий Милинис приступили к проектированию дома для работников народного комиссариата финансов. В следующем году началось строительство, а в 1930 сюда въехали жильцы, в том числе народный комиссар финансов Николай Милютин – в пентхаус на пятом этаже. В 1937 году при расширении Садового кольца в районе Новинского бульвара на территории Дома Наркомфина пересадили деревья. В 1987 году жилой и коммунальные корпуса получили статус объекта культурного наследия.

Парящий дом с ячейками

Фото: stroi.mos.ru

Здание поставили на ножки. Три ряда столбов поднимали его на 2,5 метра, создавая связь между внешним и внутренним дворами, а еще архитектор Гинзбург считал первый этаж не пригодным для жизни. Кроме того, конструкция на колоннах создавала устойчивость при оползнях и колебаниях почвы – под домом течет подземная река.

В строительстве дома впервые применили железобетонный каркас. Впоследствии благодаря этому здание выдержало бомбежки и многолетнее отсутствие ремонта.

С внешней стороны колонны и стены выкрасили в тепло-белый цвет, а оконные рамы – в черный. Это создавало визуальное впечатление парящего дома.

Объединял всех коллег по работе в Наркомфине одинаковый антураж ячеек. В рабочей зоне стояли письменный стол, кресло, этажерка, в гостиной – круглый стол, полка, диван и три мягких табурета. Их можно было собрать во второй диван и подставить к стене, на которой крепилась мягкая спинка.

В спальне стояли две откидывающиеся кровати со стержнями, на них ночью вешали одежду. Рядом с рабочим столом и кроватями были светильники.

Освещалось помещение также лампой, которая крепилась у основания внутренней лестницы на вертикальной стойке шарнирно и могла описывать круг, освещая разные части помещения.

В конце коридора, соединяющего жилые ячейки типа "F", была запасная общая кухня – на случай, если человек не успел перекусить в столовой.

Всего в доме 44 квартиры-ячейки, включая пентхаус Милютина. Все квартиры многоуровневые и двухсторонние. Тип "F" – двухуровневые квартиры с одной спальней, гостиной, душем и встроенным кухонным элементом общей площадью от 34,3 до 37,1 квадратного метра. Тип "К" общей площадью от 79,4 до 128,7 квадратного метра с двумя спальнями, кухней, светлой гостиной с витражным остеклением и двумя санузлами на разных этажах.

На кровле выстроили особую квартиру – первый советский пентхаус для народного комиссара финансов Николая Милютина. Имея незаконченное архитектурное образование, для себя и семьи сам спланировал двухэтажное жилье.

Однако, несмотря на все условия, совместного быта у жильцов так и не сложилось – столовая проработала лишь до начала 1940-х: полученную там еду жильцы предпочитали уносить и есть в собственных жилых ячейках.

Отдельного здания детского сада так и не построили, но учреждение все-таки открыли – малышей с воспитателями разместили в общественном корпусе, отказавшись от библиотеки и спортивного зала.

Галерею вдоль нижнего этажа переоборудовали под кладовки, в итоге коммунальный блок сначала переделали под типографию, а позже – под конструкторское бюро.

Невостребованной оказалась зона отдыха на крыше. Расположенный рядом пентхаус начальника Николая Милютина не вызывал желания у работников Наркомфина нежиться на солнце на его глазах.

В квартире № 35 типа "F" жил Александр Дейнека – живописец и график, монументалист, скульптор. В Доме Наркомфина он жил с 1936 года более 20 лет, сначала до 1948 года в квартире № 7, а затем в 45-й ячейке. В это время им были созданы эскизы мозаик к станциям метро "Маяковская" и "Новокузнецкая". Написаны картины "Будущие летчики" (1938), "Натурщица" (1936), "Оборона Севастополя" (1942), "Раздолье" (1944), "У моря" (1957) и другие.

На грани краха

Фото: stroi.mos.ru

В конце тридцатых годов Дом Наркомфина начал терять свой первоначальный облик. После сталинских репрессий 1937–1939 годов и начавшегося жилищного кризиса в Москве большие трехкомнатные квартиры типа "K" превратили в коммуналки, фасад здания покрасили желтой краской. Из ведения Наркомфина его передали в городской ЖЭК.

С момента создания дома его ни разу не ремонтировали, и в начале двухтысячных он оказался на грани исчезновения.

В 2004 году Всемирный фонд памятников включил дом-коммуну в список 100 памятников архитектуры, находящихся под угрозой разрушения.

Но началу реставрационных работ препятствовало то, что у здания было множество собственников. Одной частью помещений владели юридические и физические лица, другая часть находилась в собственности Москвы.

Возможность комплексной реставрации памятника архитектуры появилась в 2016 году – после консолидации прав собственности в руках единого собственника.

Назад к прошлому

В 2015–2016 годах группой архитекторов во главе с Алексеем Гинзбургом, внуком архитектора Моисея Гинзбурга, был разработан проект реставрации.

Под кураторством департамента культурного наследия Москвы в середине 2017 года начался капитальный ремонт.

Сейчас, по словам руководителя департамента культурного наследия Алексея Емельянова, реставрационные работы завершены более чем на 80 процентов, завершается остекление, а в квартирах-ячейках идут отделочные работы.

Историческое здание сохранит свою изначальную функцию – жилую. Всем уникальным квартирам легендарного дома восстановили первоначальную планировку, приобрели исторический вид вестибюль, коридоры, а также бывшие общественные пространства в коммунальном корпусе – библиотека и столовая. До конца года ячейки оснастят мебелью, и сюда въедут жильцы.

На крыше обустроят зону отдыха для жителей дома и всех москвичей: отдыхающие смогут заниматься йогой, принимать солнечные ванны и пить кофе с видами на Садовое кольцо, высотку на площади Восстания, зоопарк и "Москва-Сити".

Дом Наркомфина вновь встал на ножки, на первом этаже разобрали перегородки, закрывавшие бетонные опоры. По словам Гарегина Барсумяна, под колоннами не будет стоянки машин, парковка на 40 автомест разместится рядом с домом.

Зданию вернули первоначальный цвет – теплый молочный оттенок.

В коммунальном корпусе снесли надстроенный этаж, пристройки у входа, воссоздаются металлические витражи. После реконструкции здесь будут кафе, лекторий, галерея и, возможно, музей.

"Сейчас мы на этапе благоустройства придомовой территории: переносим коммуникации МГТС, монтируем дождевые стоки, кладем тротуарную плитку, готовим отделку интерьеров", – отметил Гагерин Барсумян.

закрыть
Обратная связь
Форма обратной связи
Прикрепить файл

Отправить

Следите за новостями:

Больше не показывать
Яндекс.Метрика