22 июля, 2013

Баста: "Обо мне говорят, что я пишу песни ради бабла"

Поделиться в социальных сетях:

Русский рэп уверенно становится мейнстримом: клипы хип-хоп исполнителей крутят на музыкальных каналах, треки "качают" из машин, а молодежь все чаще выбирает речитатив вместо песен под гитару. Сформировались и школы русского рэпа: ростовская, уральская и западно-московская. Фестиваль Баста+ состоялся в "Зеленом театре" 18 июля. Корреспондент М24.ru Марина Курганская поговорила с Василием Вакуленко aka Баста, группой "Триагрутрика" и Валентином Пресновым aka "Словетский".

"Мой рэп – это то, без чего мне не жить. // Расскажи о том, что знают эти этажи..." (Баста "Листья Пуэра под кипяток")

Василий Вакуленко сейчас самый востребованный и популярный эмси России — его последний диск "Баста4" в первый день после релиза возглавил чарты шести стран. У него также есть две темные стороны — Ноггано и Нинтендо, подозрительные личности, плохие парни, хриплым голосом высмеивающие все принципы и стереотипы.

Фото: М24.ru

— Все, кто меня ненавидит, говорят: "Он пишет песни ради бабла". А те, кто это делает не ради бабла, — они настоящие. Просто у тех, кто так говорит, нет, [ЦЕНЗУРА], бабла. Вот это true рэперы, это андеграунд.
Знаете, что такое андеграунд? Это когда твоя музыка никому не нужна. А нестандартная, неформатная музыка типа "инди" — это тоже коммерция. Все хотят денег, другой вопрос, насколько ты прогибаешься. Вот как Макаревич пел "не стоит прогибаться под изменчивый мир", а потом сам прогнулся под него. Вопрос, как ты на мостик становишься ради "баблосов". Я люблю, конечно, деньги, работаю много, но и без них меня тоже не парит. Если что, по карманам шарюсь, как раньше (Смеется).

— Ну на концерт в "Зеленый театр" вы приехали на машине.

— Да, но машину оставил наверху (около Ленинского проспекта — Прим.ред). А сюда пешком дошел. Каждый год езжу на метро от Курской до "Выставочной", до Крокуса. А чего мне стыдиться?

— Как долго создавали последний альбом, как на него люди отреагировали?

— Этот альбом я готовил три года, он мне очень нравится. А реакция…Как говорит учитель наш, ты должен понимать, что 90 процентов планеты не знают о твоем существовании. Пять знают, два любят, два ненавидят, остальным все равно.

— Как дела у Ноггано?

— Сейчас вплотную занимаемся. Ноггано будет совместно с "Братья стерео" ( Еще одно альтер-эго Василия, выступающее в стиле брейк-бит. — Прим.ред). Презентация будет в ноябре, для Ноггано я написал шесть песен, просто до конца мне не понятна концепция. Я не могу делать так, как раньше делал.

Показывает фотографию на футболке — Вот, я сам футболку сделал с фотографией... Это моя дочь Марья Васильевна, в японском платье Kenzo, маленький Будда. А младшую, Василису, пока светить нельзя, ей шесть месяцев.

— Времени много с детьми проводите?

— Мало, но я дарю им любовь. Времени уделять можно сколько угодно, но если не любить детей своих… Я много работаю для них. Очень скучаю, но… работа моряка.

— Почему на концерте нет Гуфа?

— Гуф на Ямайке, таким составом выступаем в этом году.

— Раньше Ноггано выступал с поэтом Олегом Грузом, еще будут концерты с поэтами?

— Я недавно прочитал для одного канала стихи Маяковского, и с поэтами выступлений можно ожидать.

— Будут еще песни на социальные темы?

— Социальная музыка и политика — это описание того, что происходит вокруг тебя. Я не могу в каждом альбоме писать песни типа "Здесь даже солнца не видно", срывать дешевый капитал на этом, чтобы люди сказали: "да, молодец", это сомнительная тропа. Я себе так позволить не могу. Моя социальная позиция проявляется в описании происходящего.

— Что думаете о копирайте? В соцсети "Вконтакте" сейчас вовсю удаляют музыкальные треки.

— Я ничего удалять не буду, какой копирайт, у нас, честно, общение с нашими людьми. Наши люди поддержали альбом на iTunes, он держался на первых местах. Скачали где угодно, услышали и проголосовали, сказали: "Васяня, спасибо, ты сделал хороший альбом, мы его купим". А что вымогать у людей? Пусть милиция этим занимается, и пусть она даст возможность людям зарабатывать хорошо, не вымогать у них деньги, не душить людей.
Тогда все будут покупать, как за границей, честно. Люди, которые "крышуют" пиратскую продукцию, я уверен на 99,9 процентов, чтобы не было клеветы, это люди в погонах. Здесь два варианта: или они "крышуют", или они слабее пиратов. А умолять людей купить мой альбом… Люди все равно решат сами, покупать его или нет, тут невозможно что-то сделать.

— Почему русские рэперы часто не попадают в бит?

— Да я не попадаю в бит тоже.

— Но у вас музыкальное образование…

— Ну вот так не попадаю. А бывает так, что попадаю. А бывают такие, что попадают, но их, [ЦЕНЗУРА], невозможно слушать, [ЦЕНЗУРА]. У нас немного история другая. А так я не попадаю в бит в 72 процентах.

Фото: М24.ru

На фестивале были команды с Урала — второго по плодотворности рэп-региона России. М24.ru пообщался в парнями из Челябинска — группой "Триагрутрика", которая делает душевный рэп на студии "Антресоль-records". Ребята недавно переехали на новую студию, но ее затопило. Раньше они записывались в квартире Джамала (эмси).

Вибе (эмси): Всем привет, с вами группа "Триагрутрика". Уральский рэп такой же, как и был вчера, как и будет завтра. Ждите альбом от АК-47, ждите альбом "Триагрутрики".

— В Челябинске есть клуб "Гараж", где рэперы читают свои тексты перед публикой. Вы там еще бываете?

— В минувший четверг был в "Гараже", читал там один, даже публике не было, читал сам себе, серьезно.

— А с публикой?

— Бывает с публикой.

— Там сейчас проводят фристайл-батлы, как раньше?

— На самом деле, фристайл-батлов не было никогда. Приходят люди, играют биты, один микрофон, 30 человек очередь, и кто может, фристайлит, кто может, читает куплет. Это происходит каждый четверг у Паши Боцмана в "Гараже". И мы бываем там.

— Опозориться можно?

— Да, можно, конечно, даже сейчас. А можно и не опозориться (Смеется).

— А победитель дальше куда-то проходит? В следующий тур?

Вибе: Там никто не побеждает и не проигрывает, там все друг друга знают и незачем соревноваться. Туда приходят просто почитать.

Джамал: Если людям нравится, как ты читаешь, они хлопают. Не нравится - они не будут говорить "уууу", всем будет просто не нравиться.

Вибе: Люди могут сказать "ооо", но батла нет, там нечего делить, в Челябинске, там давно все понятно.

Джамал: Во фристайле очень короткое расстояние от разговора до дела. Легко драка может быть.

— Чем отличается челябинский рэп от московского?

Вибе: Отличается лирикой.

Джамал: Москва или Питер, даже Екатеринбург - это столицы, а Челябинск — провинция. У нас разные дела, разные расклады во дворах, как ни крути. Читаем о своих близких темах.

— Как относитесь к копирайту?

Вибе: Есть разные люди, кто-то хочет низкокачественно и бесплатно, кто-то высококачественно и дорого, "Триагрутрика" может всем дать все. Это личное дело каждого — качать или покупать.

Джамал: Но артист должен заработавать, диски должны продаваться и рингтоны должны продаваться, iTunes должен работать, не должно быть такого – мы это делаем и это всем расходиться, я же не прихожу в магазин за продуктами бесплатно – у меня такой темы нету. И я вещи покупаю за деньги. А кто-то эти вещи делает, и небесплатно. И мы делаем музыку, и у нас получается, мы делаем ее не ради денег, но она должна приносить нам деньги, чтобы мы жили.

Вибе: Но воздух пока что бесплатный, каждый может им свободно дышать, также каждый может спокойно скачать альбом "Триагрутрики".

Фото: М24.ru


Валентин Словетский с 1997 по 2010 года жил в Америке, по образованию финансист, член коллектива "Константа". М24.ru поговорил с Валентином о жизни в Америке, русском рэпе и о том, как пишется на родине.

— Когда выйдет первый альбом "Константы"?

— Альбом в разработке, мы пишем его.

— Почему у него такое странное название Zeitgeisterz LP?

— Альбом концептуальный, очень тяжелый. Zeitgeisterz с немецкого переводится как "дух времени", это философский термин, он не привязан к какой-либо стране, а к социальному строю, тому, что происходит сейчас. Он о жизни во Вселенной.

— Будут песни про жизнь на Западе?

— Мы не можем себя ограничить жизнью на Западе, мы везде. Мы отсюда уехали туда, пожили там, здесь, у нас нет якоря, который нас держит. Мы затроним такие темы, какие, может быть, никто не затрагивал.

— Есть школа русского рэпа в Америке?

— Вообще это было бы немного нелепое объединение.

— В Америке вы писали с американцами?

— Нет, никаких американцев.

— Ну сам американский рэп повлиял на вас?

― Я вырос на американском рэпе, сначала был только он, потом появились "Мальчишник", Bad Balance. А когда я уехал, выучил язык, американцев не слушать просто нельзя.

― Американская музыка более качественная, динамичная. А у нас стараются брать текстом. А вы стараетесь делать упор на качество, на звучание?

— На качество никогда не старались упор делать, это сейчас приходится (Смеется). Стараемся делать оригинально и хорошо.

— В Америке было много песен о России, такая ностальгия, типа "За родину по 50". Как пишется в Москве?

― В России по-другому пишется, в Москве какой-то купол, я не могу разогнаться. А в Нью-Йорке пишется и пишется.

― Это из-за того, что там вы скучали?

— Не знаю, наверно, потому что сейчас бездельничаю. Мне тут особо заняться нечем, кроме музыки, пока что. А в Нью-Йорке было чем заняться, и всегда занимался. Рэп же был просто хобби, и когда есть какое-то другое занятие, рэп как отдушина, ты вливаешь в него, вливаешь в него душу. А когда у тебя все направлено на музыку, тут, наверно, надо быть стопроцентным музыкантом, чтобы это тебя прям перло. Иначе получается, что лень и все такое…

Марина Курганская

Сюжет: Взгляды

Поделиться в социальных сетях:

закрыть
Обратная связь
Форма обратной связи
Прикрепить файл

Отправить

Следите за новостями:

Больше не показывать
Яндекс.Метрика