Москва 24

Культура

07 октября, 2016

Директор фестиваля Solo Михаил Пушкин: "Театр – не табуированная зона"

Фото: facebook.com/nastrastnom

В эти дни в театральном центре "На Страстном" проходит фестиваль моноспектаклей Solo. Редакция m24.ru выяснила у Михаила Пушкина, директора смотра, на чьи работы стоит обратить внимание, и почему в программу попал спектакль о Гитлере,

– Название фестиваля Solo можно трактовать в нескольких смыслах. С одной стороны, это актер, единственное действующее лицо в спектакле, с другой, человек, который способен осуществить проект от начала и до конца самостоятельно…

– В данной ситуации, это один актер, ведущий диалог или поединок с залом для того, чтобы донести до него свою концепцию, свое видение театра. Во всем простом определении моноспектакля существуют десятки поджанровых определений, где надо очень точно вычленить суть происходящего. Когда на сцену выходит один человек и музыкальное трио, то в данном случае музыканты помогают артисту донести некую художественную идею. Но принцип монодействия никто не отменял. Есть замечательные стихи Пастернака: "Гул затих, я вышел на подмостки…" И так далее, по Высоцкому, сыгравшему Гамлета в Театре на Таганке. Это история, когда актер выходит с монологом на сложное взаимодействие с залом. Иногда такое действо не поддерживается ни сценографией, ни светом, ни видеорядом, ни залом.

– Но для Роберта Уилсона, который приезжал на Solo несколько лет назад, потребовалась целая команда.

– Его моноспектакль "Последняя лента Крэппа" Беккета готовили 40 человек. Это 400 световых перемен, сложнейшая световая, звуковая и сценографическая партитура. Несколько лет назад он играл как актер на нашем фестивале Solo, а затем возник его режиссерский контакт с Театром наций. Так что мы – площадка, которая помогает режиссерам установить дальнейшие связи в российском театральном пространстве. Фестивали "Территория" и NetFest – наши партнеры, мы не конкурируем, так как понимаем, что у нас примерно одинаковое видение европейского театра. Но Solo ограничен только жанром моноспектакля.

Фото: facebook.com/nastrastnom

Как формируется программа фестиваля? Кто и как долго производит отбор?

– Отбор происходит постоянно – на различных фестивалях, в результате взаимодействия с критиками, которые советуют обратить внимание на какие-то работы. В этом году было 16 спектаклей, которые мы отобрали по принципу художественной целесообразности из 200 заявок со всего мира. Порой мешает финансовая цензура: например, есть договоренность с режиссерами и актерами мирового масштаба, но, к сожалению, средств на организацию гастролей катастрофически не хватает. Иногда на привоз спектакля уходит несколько лет. Это касается западных партнеров.

– Согласны ли вы с тем, что сложнее жанра, чем моноспектакль, не существует?

– Для каждого актера вершиной его мастерства становится выход в моноспектакле. Примеров очень много – Евгений Миронов, Александр Калягин, Константин Хабенский, Олег Меньшиков, Константин Райкин. Все артисты выходят на тот уровень восприятия, когда понимают, что готовы что-то сказать залу. Это высший пилотаж и очень честный театр. В этом жанре не скроешься за светом, музыкой, внешним видеорядом или спецэффектами. Артист словно голый – по нему все ясно и все видно. Нас интересует, какие люди выходят в спектаклях, какие драматургические формы выбирают. На Западе, кстати, жанровых моноспектаклей очень много. Последнее, что я видел – моноспектакль Барышникова в постановке Уилсона.

– Вы привели возрастные примеры. А молодые люди, студенты способны сделать полноценный, захватывающий моноспектакль? Или сольный выход все-таки предполагает зрелость?

– Хабенский и Миронов, к примеру, просто дети по сравнению с Робертом Уилсоном. Дело не в возрастных границах и ограничивать круг участников фестиваль по этому принципу нельзя. 90 или 17 лет актеру, режиссеру – абсолютно все равно. На Solo есть негласные программы – IN и OFF. Первая – великие европейские, американские мастера. Вторая – эксперименты наших молодых артистов. В программе этого года – и молодой артист Федор Малышев с замечательным спектаклем, и Клим, который дает свою сновиденческую спектакль-лабораторию, которую могут смотреть только профессионалы. Великие артисты, как Пиранделло – совсем иной уровень и класс. Вместе с тем мы всячески помогаем начинающим артистам вступить в наглое соревнование с мастерами.

– А в каких соотношениях представлен этот экспериментальный театр, молодой и классический?

– Вы знаете, он весь экспериментальный. Моноспектакль – вообще эксперимент. Есть классическая форма и неклассическая. Нужно понимать, в какую игру и по каким законам пытаются играть артисты. Один вариант – русский психологический театр, второй – пластический, третий – постмодернистский и так далее. Любой спектакль, к которому мы приходим, это не "чтение с листа". Когда на сцену выходят в прошлом великие актрисы и что-то зачитывают у пюпитра – это все-таки литературный вечер. Это мне не интересно. В моноспектакле герой находится в сиюминутной ситуации провала, потому что лишняя пауза, лишняя ошибка означает разрыв контакта с залом, что равносильно катастрофе. Поэтому напряжение, с которым спектакль работается, дорогого стоит.

Фото: facebook.com/nastrastnom

– В программе есть спектакль Hitler in love, посвященный биографии фюрера. Расскажите об этой работе.

– Есть замечательный режиссер, Дмитрий Акриш, который поставил дипломный спектакль "Мать". Он взял Гран-при на фестивале студенческих спектаклей "Твой Шанс". Сам режиссер молдавско-румынского происхождения. Его спектакль – анализ в гротескной форме, в центре которого – личность диктатора. Конечно, работа скандальная, хотя лично меня в нем ничего не шокировало. Про фюрера и про других тиранов было много спектаклей. Это не табуированная зона, поскольку автор выступает не за, а против подобных человеческих проявлений. Театр – территория экспериментов, где можно и нужно задавать острые вопросы. Дмитрий Акриш – талантливый человек и, я думаю, у него большое режиссерское и актерское будущее.

– Какие спектакли обязательно нужно посмотреть на нынешнем фестивале?

– Я предпочел бы выделить одну тенденцию: многие иностранцы играют на русском. Дмитрий Акриш играет "Гитлера" на русском, американец Стивен Окснер – тоже, и даже великий Дени Лаван, французский артист, которого вы должны знать по фильму "Любовники с нового моста". Он был у нас несколько лет назад с психологическим спектаклем по школе Станиславского. 12 октября он выйдет на сцену в спектакле "Красная машина", где устроит нечто феерическое, похожее на поэтическо-музыкальный вечер в духе Эмира Кустурицы. Мало кто знает, что Лаван говорит на русском. Также я многого ожидаю от лабораторного спектакля "Камилла" Института имени Ежи Гротовского из Польши (9 октября). И совершенно из другой серии спектакль Facebook. Live русского режиссера Галины Полищук, которая училась у Бориса Юхананова. Это интересная история, взята из сегодняшнего общения в интернете. И, конечно, "Горные великаны" режиссера Роберто Латини. Русский психологический театр представляет "Девушка с радуги" ведущей актрисы Румынии Тани Попы. Это очень трогательная история, очень личный спектакль. Внутри фестиваля у каждого свое соло. И каждый его, надеюсь, сыграет до конца, и это не прозвучит фальшиво.

Сюжет: Персоны
закрыть
Обратная связь
Форма обратной связи
Прикрепить файл

Отправить

Следите за новостями:

Больше не показывать
Яндекс.Метрика