Москва 24

Культура

24 ноября, 2016

Любовь как облако дыма: в Моссовете сыграли спектакль по Тургеневу

После завершения монументальной чеховской трилогии Театр имени Моссовета переключился на героев тургеневской прозы: в нынешнем сезоне две премьеры по произведениям "летописца русской интеллигенции" – молодой режиссер Иван Орлов выпустил на сцене "Под крышей" спектакль "Месяц в деревне", на основной – Юрий Еремин поставил "Baden-Баден" по роману "Дым".

Фото: Елена Лапина

После сценических вариаций на тему "Корабля дураков" Стенли Крамера и первых показов детективной истории по Хичкоку "В случае убийства набирайте "М" казалось, что сыгранному и сценически выигрышному дуэту Евгении Крюковой и Дмитрия Щербины найдут еще одну, непохожую на две предыдущих, историю, и оба актера получат возможность продолжить поиски новых психологических оттенков своего партнерства.

В спектакле по Тургеневу "Baden-Баден" заняты оба. Тем не менее, их драматическое сосуществование в этот раз ограничивается несколькими незначительными мизансценами.

Главную партию Юрий Еремин поручил Алексею Трофимову, чьей самой удачной работой пока считается Раскольников в "Р.Р.Р" вместе с Виктором Сухоруковым. Режиссер следует авторскому тексту – герою "Дыма" Григорию Михайловичу Литвинову около тридцати лет. Он – представитель современной молодежи, на которую принято возлагать надежды.

Он – только невольный зритель в этой нарочитой комедии.

Перспективный, вдумчивый, прямой. На фоне разношерстного, политически пестрого светского общества фешенебельного немецкого курорта он – личность незаурядная. Горячие дебаты революционной русской эмиграции оставляют его равнодушным. Он – только невольный зритель в этой нарочитой комедии. "Собственно, у меня нет никаких политических убеждений", – неохотно сообщает Литвинов местному лидеру Губареву, из чего тот делает выводы: "Из недозрелых".

Современники Тургенева подвергли жесткой критике "Дым" за сатирическое изображение либеральной интеллигенции. Еремин оставляет в ней только комическое. Кумир вольнодумцев Губарев (Виктор Гордеев) – из тех упертых лбов, которые умеют правильно себя поставить в обществе, даже при очень спорных умственных способностях "разыгрывать персону".

Окружающие по инерции выхватывают его изречения как примеры высшей мудрости и тиражируют в лозунгах, совершенно не вдумываясь в смысл произнесенных фраз. "Все будут в свое время потребованы к отчету, со всех взыщется!" – резонерствует Губарев. "Со всех взыщется! Взыщется со всех!.. Простите, а что именно взыщется?", – задается вопросом патриот России Бамбаев (Андрей Смирнов), через мгновение, правда, теряющий интерес к подробностям манифеста Губарева.

"Со всех взыщется! Взыщется со всех!.. Простите, а что именно взыщется?", – задается вопросом патриот России Бамбаев.

Сам Литвинов воспринимался оппонентами Тургенева как фигура нетипичная и не способная встать в один ряд с предшествующими протагонистами писателя: это не нигилист Базаров, не альтруист Инсаров. Литвинов – из хозяйственников, не претендующих на статус общественного деятеля, выразителя передовых идей.

Либералы, радикалы, консерваторы с их манифестами оставляют его равнодушным. Все, что способно вызвать в нем интерес на курорте – бывшая невеста Ирина, блистательная светская дама.

Высокомерное и страстное выражение лица, пульсирующие, мятущиеся эмоции, кроваво-красный наряд – все это относится, скажем, к таким носителям фатума, как Настасья Филипповна.

Ее психологический образ – "было в ней что-то незаурядное, беспокойное", "опасное и для других, и для нее самой" – начинает выстраиваться еще до первых ее реплик. Еремин ищет ключ к характеру героини Евгении Крюковой за пределами самого романа.

Высокомерное и страстное выражение лица, пульсирующие, мятущиеся эмоции, кроваво-красный наряд – все это относится, скажем, в большей степени к таким женским типажам, носителям фатума, как Настасья Филипповна. Словно под властью морока Литвинов бросается в водоворот желаний и эротических искушений под "русским деревом", ломает свою судьбу и выбирает путь скитальца.


Герой уже упомянутого Дмитрия Щербины, консерватор Потугин – персонаж, словно явившийся из эпических сказаний, где неумолимому року должен быть противопоставлен резонер, предупреждающий главного героя об опасностях. Его разоблачение происходит в финале – неприметный Потугин сам влюблен в ослепительную Ирину и добровольно отказался от собственного будущего ради возможности быть с ней рядом в качестве покорного, услужливого приятеля.

Для Театра имени Моссовета эта работа – подтверждение того, что творческие ориентиры с уходом Павла Осиповича Хомского не изменились, и режиссерская коллегия осталась верна традициям.

закрыть
Обратная связь
Форма обратной связи
Прикрепить файл

Отправить

Следите за новостями:

Больше не показывать
Яндекс.Метрика