25 июля, 00:00

В паузах между песнями он ходил на руках: воспоминания коллег о Высоцком

культура музыка

25 июля, 00:00

Поделиться в социальных сетях:

Обозреватель портала Москва 24 Алексей Певчев побеседовал с музыкантами Игорем Кантюковым, Борисом Фрумкиным и Александром Симоновским, работавшими с Владимиром Высоцким.

Фото: портал Москва 24/Алексей Певчев

В СССР песни Владимира Высоцкого, выходившие на пластинках-миньонах, не могли составить конкуренцию магнитофонным записям, гуляющим от Таллина до Владивостока. Появление официальных записей Высоцкого в сопровождении государственных оркестров не являлось проявлением лояльности в отношении творчества поэта, а было продиктовано причинами сугубо экономическими: прибыль от продаж миллионных тиражей этих миньонов была гарантированной. Кроме того, уже с момента появления первой гибкой пластинки с четырьмя песнями из фильма "Вертикаль" (1966) глупо было не замечать всенародной любви, этих запретов уже не замечающей. Часть записей, сделанных Высоцким с оркестрами, не только выходила на пластинках-миньонах, но и звучала в советских кинофильмах. Тем не менее при жизни не было опубликовано ни одного стихотворения Владимира Семеновича, а первый диск-гигант (LP) появился только после его смерти. Самую широкую популярность получили записи, сделанные Высоцким в сопровождении ансамбля "Мелодия".

Обозреватель портала Москва 24 Алексей Певчев побеседовал с музыкантами ансамбля Игорем Кантюковым, Борисом Фрумкиным и Александром Симоновским, работавшими с Владимиром Высоцким.

– Вы помните ваше первое знакомство с творчеством Высоцкого и как возникла идея сделать оркестровки его песен?

Игорь Кантюков: Я, конечно, слышал песни Высоцкого, но почему-то совсем не придавал им значения. Вообще, музыканта в первую очередь трогает музыка, а уже потом текст. И джаз, и западная классика воспринимались в первую очередь как музыка. Песни Высоцкого были мелодически очень похожи друг на друга, поэтому я не придавал им особого значения.

В 1973 году на базе всесоюзной студии грамзаписи "Мелодия" был создан одноименный ансамбль, которым руководили Георгий Гаранян и Владимир Чижик. Так как нотный материал для записи отсутствовал, приходилось самим писать аранжировки. В 1974 году редактор "Мелодии" Владимир Дмитриевич Рыжиков, фантастически эрудированный музыкант, предложил записать пластинку Владимира Высоцкого, работать над аранжировками которой Георгий Гаранян поручил мне.

Запись пластинки − это документ в вечность, и мы вовсю старались соответствовать мировым стандартам. "Песня о друге" Высоцкого была первой из тех, что я услышал, работая в джаз-оркестре под управлением Анатолия Кролла, причем аранжировка была написана Кроллом, а это он умел в ту пору лучше всех. Помню, что, когда я услышал ее в оригинале в исполнении Высоцкого под гитару, очень удивился − какой в ней примитивный аккомпанемент...

Впервые песни Высоцкого на пластинке фирмы "Мелодия" появились с Оркестром кинематографии СССР, а потом были записи Оркестра Всесоюзного радио и телевидения п/у Вадима Людвиковского. Это были "Утренняя гимнастика", "Черное золото", "Корабли".

Фото: Ансамбль "Мелодия". Из личного архива Игоря Кантюкова

Перед началом нашей работы мы с Высоцким встретились у станции метро "Киевская" и на его "Рено" проследовали в Матвеевское, где он снимал квартиру. Помню, Володя продемонстрировал мне преимущество переднего привода при езде по кругу − машину в отличие от остальных не заносило. К слову сказать, это осталось в моей памяти, и когда я впервые сел за руль в свои 54 года, то выбрал "Пежо" − тоже "француза" с передним приводом.

В Матвеевском Высоцкий усадил меня на диван, поставил бутылку французского коньяка и поджарил для меня бифштекс "по-суворовски". Включил магнитофон и со словами "Дорогой Игорь, я сейчас спою вам 12 песен и к каждой оставлю свои пожелания" спел и записал все эти песни на магнитофонную кассету BASF.

С этой кассетой произошла обидная история. На дворе стоял 1974 год. Хороших кассет было не купить, и чуть позже я записал на нее какой-то "редкий" джаз. Теперь я понимаю, какой я редкий идиот, но тогда-то нам казалось, что мы будем жить вечно и у нас все впереди. Вот только Володе оставалось всего шесть лет...

Недавно я среди старых нот вдруг обнаружил черновики нот, написанных мной очень мелким, убористым почерком. Все в одной тетради. В то время все было в дефиците − и нотная, и туалетная бумага, но жизнь казалась прекрасной. Одним словом, молодость − прекрасная пора!

С этой кассетой произошла обидная история. На дворе стоял 1974 год. Хороших кассет было не купить, и чуть позже я записал на нее какой-то "редкий" джаз. Теперь я понимаю, какой я редкий идиот, но тогда-то нам казалось, что мы будем жить вечно и у нас все впереди. Вот только Володе оставалось всего шесть лет...
– Как вы думаете, песни для той записи отбирал сам Высоцкий или они уже были ему рекомендованы сверху?

– Скорее всего, так и было. Тогда без официального разрешения ничего не делалось.

– Многое ли из задуманного вами в аранжировках удалось реализовать?

− Все песни Высоцкого различны по жанру, поэтому аранжировки идут от текстов песен. Если в них присутствует юмор, то хочется, чтобы он присутствовал и в аккомпанементе. Так, в песне "Жираф" в начале и в конце я использовал "Свадебный марш" Мендельсона, но только в миноре. К сожалению, в песне "Москва − Одесса" не удалось воплотить задуманное. В аранжировке к ней я добавил "одесского" колорита, где-то фрейлекс, где-то "Семь сорок" со скрипками. Но Гаранян, видимо, предвидев реакцию худсовета, волевым решением все это отменил, и в результате остались только партии Бориса Фрумкина, соло и ритм-секция. А вот в песне "Кони привередливые" я ни в чем себе не отказывал! Там в начале звучит "цыганочка с выходом", ну а в самой песне тоже использованы ее разрозненные элементы. Без лишней скромности, кажется, мне здесь все удалось.



Видео: YouTube/Алексей Галкин

– Насколько сложно было найти общий язык с Высоцким? Как проходили работа над аранжировками и сама запись?

– К аранжировке Высоцкий отнесся с должным пониманием. Предварительно мы все проигрывали вместе с исполнителем, чтобы понимать, о чем, собственно, речь, и заодно проверить ошибки в нотах. Затем записывали фонограмму и делали наложение голоса. За одну четырехчасовую смену мы делали фонограммы четырех-пяти песен. В записи принимали участие скрипачи Большого симфонического оркестра Всесоюзного радио и телевидения. В перерывах Высоцкий приходил к нам в студию, брал гитару: "Ну а сейчас не для записи!" − и пел "Про Мишку Шифмана". Естественно, мы все умирали от хохота, но больше всех прониклись к тексту той песни наши скрипачи. Весьма актуальная для них была тема по тем временам! После таких музыкальных пауз работалось от души.

Помнится, Высоцкий перед очередной поездкой в Париж спросил меня: не нужно ли чего привезти "из Парижу". Я попросил струны для бас-гитары, и он их привез, причем очень хорошие. Я на них много чего записал, прежде чем они пришли в негодность. У меня была самая простая бас-гитара "Орфей" (где-то хранится у меня этот раритет), и как отзвук того времени − я сейчас работаю на радио, где руковожу одноименным джаз-оркестром.

Фото: портал Москва 24/Алексей Певчев

– Кроме тех песен, что вышли на пластинке, вы работали с Высоцким над записью песен для фильма "Баллада о доблестном рыцаре Айвенго"?

– В начале были "Стрелы Робин Гуда". Песни Высоцкого к этому фильму Сергея Тарасова записывались в Риге, где и снимался сам фильм. Аранжировки написал Алексей Зубов, с которым мы долгое время проработали в ансамбле "Мелодия". Но, когда пришло время ставить песни в фильм, нашелся очередной запретитель, и музыку к фильму написал Раймонд Паулс.

Когда Володи не стало, тот же режиссер Сергей Тарасов работал на "Мосфильме" над картиной "Баллада о доблестном рыцаре Айвенго". И в нем он решил использовать баллады Высоцкого, не вошедшие в "Стрелы". Музыкальный редактор "Мосфильма" Минна Яковлевна Блак предложила мою кандидатуру, памятуя о том, что у меня есть опыт работы с Высоцким. Ставилась задача сделать "доаранжировку", чтобы песни органично вписались в драматургию. И кажется, это удалось. Не зря же над всеми последующими картинами режиссера Сергея Тарасова мы работали вместе. Огромная заслуга Тарасова в том, что одну копию фильма "Стрелы Робин Гуда" он сохранил в том варианте, где звучали баллады Высоцкого, и теперь наш зритель может наслаждаться утерянным оригиналом. Ура!



Видео: YouTube/dundurey

– Правда ли, что материал, вышедший на некоторых западных пластинках Высоцкого, был изначально создан нашими музыкантами?

– Мы записывали фонограммы песен у Володи дома, где у него была весьма приличная аппаратура. Нас, исполнителей, было трое: гитаристы Александр Бухгольц и Вячеслав Семенов и ваш покорный слуга − на басу. В то время пока мы были заняты на записи, Марина Влади готовила нам луковый суп. Убейте, не помню, что это такое! Потом все перезаписали с французскими музыкантами. Скорее всего, это было условие западного продюсера. Что в итоге получилось, не могу судить.

– Насколько вы согласны с тем, что любое вмешательство в песни Высоцкого, в их обработку и исполнение − бессмысленно?

– Самое правильное их звучание, когда он сам играет свои песни и сам поет. Его пение – самое главное, а аккомпанемент – это уже второстепенно. Наша запись казалась нам тогда верхом совершенства, а сейчас это, возможно, и небесспорно. Мне кажется, что перепевать его песни – действительно бессмысленно, в некоторых случаях и вовсе кощунственно.

Другое дело – отдать дань великому человеку, и пускай это останется традицией. Высоцкого будут помнить очень долго, потому что такие поэты рождаются, пожалуй, даже реже чем раз в 100 лет...

Фото: Борис Фрумкин и Алексей Зубов. Из личного архива Бориса Фрумкина

Борис Фрумкин (клавишные):

– Молодыми музыкантами мы часто ездили на гастроли в поезде, и у кого-нибудь обязательно был с собой магнитофончик, на котором мы слушали записи Жванецкого и Высоцкого. Лично я с Володей познакомился в 1969 году, когда он заходил ко мне в гости со своим другом Игорем Кохановским. На тот момент я даже не представлял себе масштабов его будущей популярности. Первые наши записи с Высоцким были сделаны с Концертно-эстрадным оркестром Вадима Людвиковского.

Нужно вспомнить выдающихся редакторов "Мелодии" Анну Качалину и Владимира Рыжикова − людей, которых сейчас бы назвали максимально креативными. Никто в те годы и представить себе не мог, что песни Высоцкого можно выпустить на пластинке. Качалина и Рыжиков делали свое дело, абсолютно не будучи уверенными, что когда-то все это будет напечатано и вообще увидит свет...

Высоцкий уже записывал свои песни для кино, и студийный опыт у него был. Все его вмешательство в процесс заключалось в том, что он хотел петь вместе с нами, для того чтобы нас стимулировать.

Когда он в первый раз послушал из аппаратной то, что мы делаем, его не устроил "нерв" исполнения. И тогда было предложено сделать "выгородку" в студии. Володя встал за нее и начал петь. Мы услышали в своих наушниках его голос, и это дало очень нужный импульс – от него шла потрясающая энергетика. Казалось, что он поет на огромной площади или на стадионе!

Песни, которые мы записали за несколько студийных сессий, вышли на миньонах, а диски-гиганты появились позже.

Все понимали, что мы делаем что-то необычное, и думаю, что Володя был очень доволен тем, что получилось. Мне кажется, ему хотелось, чтобы сзади было что-то большое, настоящее, солидное, какой-то большой оркестр. Володя знал музыку Жака Бреля, Ива Монтана и других. Творчески он очень плотно пересекался в первую очередь с шансонье, но никак не с эстрадными певцами.

Конечно, исполнять Высоцкого можно. Другое дело, что есть те, кто не отдает себе отчета в том, имеют ли они для этого способности, есть ли у них тот посыл, страдают ли они за каждое слово, как страдал он.

Доволен ли я и теми песнями Высоцкого, которые мы записали? Скажу так: мне больше нравятся те, что записаны малым составом, например "Ноль Семь" и "Москва – Одесса".

Учитывая, что сейчас много новых хороших аранжировщиков, конечно, можно было бы записать Высоцкого заново, но это уже лирика.

Конечно, исполнять Высоцкого можно. Другое дело, что есть те, кто не отдает себе отчета в том, имеют ли они для этого способности, есть ли у них тот посыл, страдают ли они за каждое слово, как страдал он.

Александр Симоновский. Из личного архива

Александр Симоновский (ударные):

– Первое мое знакомство с Высоцким и его песнями состоялось в студии. Песни, конечно, я слышал, но творчеством никогда не увлекался и, только когда познакомился с ним поближе, был по-настоящему потрясен их мудростью. Работа в студии с Высоцким проходила весело и непринужденно, он был доброжелателен, много шутил. Особенно мне запомнилось, как в паузах между записью песен он ходил на руках, удерживался на стуле параллельно полу – делал "крокодильчика", показывал шоколадки на натренированном животе! Тут нельзя было не зааплодировать!



Видео: YouTube/Владимир Высоцкий

− У нас в СССР существовал определенный комплекс перед известными людьми. Однажды летом мы шли с моим приятелем по Москве в районе гостиницы "Россия" – и вдруг навстречу Высоцкий! Он нас увидел, подошел, обнял меня, предложил пойти куда-нибудь посидеть, но я молодой был: как это так – Высоцкий и я?! Испугался, наврал, что мы куда-то торопимся.

В советские времена мы играли всякие шефские концерты, за которые не получали денег, например на телефонных станциях, чтобы кому-то из нас поставили домашний телефон. Играли на Дне строителя и Дне милиции. На таких концертах мы с Высоцким тоже пересекались.

Помню, меня это очень забавляло. Работаешь очередной раз в День милиции. В зале весь генералитет сидит в форме − и генералы, и младшие чины. Высоцкий приезжает с гитарой и поет песни, откровенно ее высмеивающие, а они сидят в зале и хохочут над собой.

Пластинку, где мы играем с Высоцким, я недавно послушал в интернете и считаю, что эти аранжировки песни украсили. То, что Высоцкий неизменно должен звучать под одну гитару, – мнение людей, как мне кажется, более консервативных, а я выступаю за прогресс.

... Мы шли с моим приятелем по Москве в районе гостиницы "Россия" – и вдруг навстречу Высоцкий! Он нас увидел, подошел, обнял меня, предложил пойти куда-нибудь посидеть, но я молодой был: как это так – Высоцкий и я?! Испугался, наврал, что мы куда-то торопимся.
Интересные факты

– Первые диски-гиганты (LP) Владимира Высоцкого вышли за границей: в США в 1972 году (всего вышло 14 пластинок), в Японии – в 1976-м (всего четыре пластинки), во Франции – в 1977-м (всего 14 пластинок), в Финляндии – в 1979-м (одна пластинка), в Болгарии – в 1979-м (всего шесть пластинок), а в Германии – в 1980-м (четыре пластинки).

– Самыми популярными дисками-гигантами, выпущенными в СССР, стали пластинка "Владимир Высоцкий. Песни" и практически дублирующая ее пластинка "Баллады и песни", сделанная совместно с болгарской студией "Балкантон". Более подробно о пластинках Высоцкого, выпущенных в СССР и России, вы можете прочитать в материале портала Москва 24.

– На пластинке Владимира Высоцкого "Песни", вышедшей в 1980 году, сообщается, что композиции, записанные на ней, звучат в исполнении "ансамбля "Мелодия" под управлением Георгия Гараняна". На самом деле это не так. Ансамбль Гараняна исполняет семь песен, на которых отсутствует обозначение "моно". Остальные произведения записаны в сопровождении Оркестра кинематографии СССР и Оркестра п/у Бориса Федорова. На вышедшей в 1987 году пластинке "Владимир Высоцкий/ Марина Влади" записаны песни только в сопровождении ансамбля "Мелодия".

– Часть песен, записанных Высоцким в сопровождении оркестров, вышла в Финляндии на пластинке "Черное золото". Эти песни выходили в СССР только на миньонах. Финская пластинка сейчас является коллекционной редкостью.

– Записи баллад для фильма режиссера Сергея Тарасова "Стрелы Робин Гуда", сделанные Высоцким на Рижской студии грамзаписи в аранжировках Алексея Зубова в сопровождении Оркестра п/у дирижера Алвиса Закиса, после запрета на их использование в картине не издавались в СССР, так же как и песни, позже звучавшие в фильме "Баллада о доблестном рыцаре Айвенго".

– Песни "Сыновья уходят в бой", "Песня о земле", "Песня о новом времени", "Братские могилы", "В темноте", "Песня о друге" ("Он не вернулся из боя"), "Аисты", "Холода" были записаны в 1969 году в минском Доме радио с Оркестром п/у Бориса Федорова для фильмов режиссера Виктора Турова "Война под крышами" и "Сыновья уходят в бой". В фильме "Война под крышами" Высоцкий сыграл танкиста Володю.


Спасибо Игорю Высоцкому (Нью-Йорк) и Михаилу Грину (Москва) за помощь в подготовке материала

Алексей Певчев

Поделиться в социальных сетях:

Читайте также

закрыть
Обратная связь
Форма обратной связи
Прикрепить файл

Отправить

Следите за новостями:

Больше не показывать
Яндекс.Метрика