Общество

07 июня 2016, 10:00

Дело о кражах из "золотого" книжного фонда: как это было

Фото: m24.ru/Сергей Блохин

Середина 2000-х, научная библиотека МГУ. Читатель подходит к сотруднику архива, отдает паспорт и письмо от компании, в котором эту библиотеку просят выдать редкую книгу для работы. Мужчина забирает фолиант и паспорт, садится в читальный зал, работает с книгой, потом возвращает ее библиотекарю и уходит.

Обычная зарисовка из жизни библиотеки, если бы не один факт: в архив библиотеки редкая книга так и не вернулась, вместо нее на полку положили совершенно другую. Настоящее издание скоро окажется в руках коллекционера и антиквара, который отвезет ее на аукцион и продаст.

Так работала в Москве и Санкт-Петербурге банда, которая занималась кражей и сбытом редких и ценных книг. О том, как им удавалось похитить фолианты и сколько стоит коллекция двухсотлетних журналов, обозревателю m24.ru рассказал подполковник юстиции Игорь Лыков – старший следователь по особо важным делам ГСУ ГУ МВД России по Москве, который вел это дело.

Игорь Лыков. Фото: m24.ru/Сергей Блохин

Книги, которые фигурируют в деле

  • "Ученые записки Казанского Университета", 400 тысяч рублей,
  • "Цирк" и "Мороженое" Маршака 1925 года издания, 90 тысяч рублей каждая,
  • "Кобзарь" Тараса Шевченко 1840 года издания, не менее миллиона рублей,
  • журнал русского физико-химического общества 1870 года, 400 тысяч рублей,
  • Остров Пасхи" Ждановича, парижское издание 1919 года,
  • "Азбука" Лебедева 1925 года издания.


История о хищении редких книг началась в 2001 году – во всяком случае, именно с этого времени ведет отсчет доказанных преступлений полиция. Как выяснило следствие, организовал незаконный бизнес Боровков – честный, как он сам утверждал на суде, антиквар и коллекционер. У него было трое помощников, до начала "бизнеса" не связанных с миром антиквариата – это Пепеляев и Гуткевич, третий скончался от онкологического заболевания и про него мы упоминать не будем. Был и, вероятно, четвертый, но доказать его причастность не удалось.

Прежде чем рассказать о схеме работы воров, стоит упомянуть важный факт – в крупных научных библиотеках есть так называемый "золотой" фонд. Простой читатель туда права доступа не имеет, это отдельное хранилище, обратиться к которому, как правило, могут только руководители библиотек, то есть они лично отдают издания, которые имеют особую культурно-историческую ценность.

Выдаются книги оттуда либо ученым, либо тем, кто пишет диссертации, снимает художественный или документальный фильм, но не просто под честное слово: у читателя должно быть письмо от той организации, которую он представляет, и паспорт.

Как работали наши "книголюбы": они покупали с рук паспорта на других людей, вклеивали свои фотографии и изготавливали поддельные документы о принадлежности к той или иной организации. Затем
Пепеляев проводил предварительную разведку библиотек: как там все устроено, есть ли охрана и как выдают книги, то есть он приходил под видом обычного читателя. Записывался, но не требовал книг из "золотого" фонда, а только смотрел, как выдают, как можно легко покинуть здание, и листал каталоги изданий, которые могут находится в библиотеке, после чего все рассказывал Боровкову.

Одна из изъятых у фигурантов книг. Фото: m24.ru/Сергей Блохин

Глава группы, как знающий толк в искусстве, заказывал определенное издание, и в дело вступал Пепеляев. Он записывался в библиотеку, получали читательский билет и, представляя поддельный паспорт и письмо от организации, в которой он якобы занимает какую-то научную должность, писал заявление на выдачу экземпляра – зачастую это были научные труды.

Получив книгу или журнал, фигуранты делали вид, что работали с ним в читальном зале, а на самом деле наблюдали за обстановкой и, воспользовавшись тем, что никто из сотрудников или читателей их не видит, вырезали внутреннюю часть, оставляя только обложку. Вкладывали в нее заранее принесенное издание, подходящее по размеру, и сдавали обратно, после чего покидали здание с книгой в кармане. Конечно, без обложки фолиант терял в цене, но несильно: ценителям важнее содержание, а не форма.

Интересно, что, когда дело расследовали, большинство сотрудников не знало, что издания похищены: книги очень редко покидали архив. Когда проводили осмотр в библиотеках, то следователи видели в формулярах, что некоторые издания выдавались аж раз в 10 лет. Причем некоторые сотрудники библиотек после запроса из ГСУ проводили ревизию и только тогда узнавали, что то или иное издание у них украдено.

К сожалению, проследить путь большинства книг сложно: Боровков схему работы раскрывать не стал, а непосредственным исполнителям – Пепеляеву и Гуткевичу – о том, куда направится, скажем, книга Тараса Шевченко "Кобзарь" 1840 года издания, не говорили. Да и платил им шеф не очень много: Боровков, считают в полиции, специально подбирал таких людей, чтобы давать им поменьше. Когда незаконный бизнес только-только начал раскручиваться, непосредственные исполнители получали за кражу книги стоимостью несколько тысяч долларов 100-300 долларов. Но тут стоит отметить, что в процессе работы – за семь-то лет – они какие-то навыки работы с фолиантами получили, однако история умалчивает, требовали ли они прибавку.

Фото: m24.ru/Сергей Блохин

Еще у следствия была версия, что книги сбывали за рубежом, а там уже их найти почти невозможно. На это указывает тот факт, что Боровков часто выезжал за границу и участвовал в аукционах.

Стоит помнить, что библиотеки вооружены своими штампами: на обложке и на некоторых страницах ставится специальная печать. Это сильно мешает при продаже, поэтому наши фигуранты вытравляли штампы специальным раствором и сбыть такую книгу становится сложной задачей, ведь законопослушный коллекционер, увидев отметку, может либо заявить в полицию, либо вообще не купить книгу.

Казалось бы, тупик: книги пропадают, а куда – никто не знает, причем важно отметить, что некоторые издания могли быть и в нескольких экземплярах, часть из которых никогда не покидала шкафчик аристократичного жителя "Дома на набережной", а, следовательно, ее можно спутать с украденным фолиантом.

К сожалению, удовлетворить интерес тут невозможно: известно только, что расследованием краж в мире искусства занимается специальное подразделение, которое своих методов работы не раскрывает.

Купить краденую книгу может любой коллекционер или антиквар, причем вопрос о том, что издание могло быть краденым, не стоит: например, журнал "Ученые записки..." издавался каждый квартал, и есть человек, который пытался собрать эти журналы в одну коллекцию, а если собрать все выпуски воедино, то цена такого собрания возрастает в разы. Судите сами: один выпуск стоит около 400 тысяч рублей, всего было издано 80-90 выпусков, то есть получаем минимум 32 миллиона рублей за все, но в мире антиквариата цена может вырасти еще в несколько раз.

Кстати, идею собрать все журналы Казанского университета вынашивал и Боровков. При обыске у него нашли один из экземпляров (на фото). Кроме того, следователи обнаружили несколько миллионов рублей наличными и еще две книги, прижизненные издания Маршака. Хотел он вспомнить молодость или пытался кому-то продать издания, неясно.


В любом случае, довести свой замысел до конца организатор группы не успел: суд в Москве приговорил его и пособников к реальным срокам заключения – в исправительной колонии общего режима "книголюбы" проведут от 3,5 до 5,5 лет. Свою деятельность они вели в Санкт-Петербурге и Кирове, причем суд в северной столице приговорил их к условным срокам.

Общая сумма доказанного ущерба составила 7 миллионов рублей, но тут надо понимать, что это минимальная оценка – в среде коллекционеров некоторые книги могут стоить намного дороже, так что в действительности сумма может вырасти в 10-50 раз.

закрыть
Обратная связь
Форма обратной связи
Прикрепить файл

Отправить

Яндекс.Метрика

Следите за новостями:

Больше не показывать