Москва 24

13 октября, 2015

Линда: "Я не боялась, что обо мне забудут"

Поделиться в социальных сетях:

Фото: m24.ru/ Владимир Яроцкий

На российской сцене Линда появилась, когда ей было 17 лет – тогда был создан ее первый альбом "Песни тибетских лам", куда вошла ее знаменитая композиция "Мало огня". Второй альбом появился спустя два года. Песни "Северный ветер", "Никогда" и "Ворона" молниеносно попали на верхние строчки хит-парадов ведущих радиостанций России.

Первое время она сотрудничала с Максимом Фадеевым. Однако спустя время творческий союз распался. Версий о причинах распада талантливого тандема много, однако говорить о бывшем соратнике певица наотрез отказывается.

Сегодня на ее счету – восемь студийный альбомов. За это время она успела пропасть из поля зрения поклонников, уехать в Грецию, выйти замуж за греческого певца и композитора Стефаноса Корколиса, затем разойтись с ним и вернуться в Россию. В начале ноября в одном из московских клубов Линда представит свой новый альбом "Карандаши и спички". О творчестве, годах молчания и многом другом певица рассказала m24.ru.

– Линда, ваш новый альбом называется "Карандаши и спички". Откуда появилось такое название?

– По названию песни – "Карандаши и спички", однако она совершенно не представляет весь альбом. Эта фраза, как мне показалось, может быть символичной для всего альбома, потому что композиции абсолютно разные, как карандаши и спички. Какая может быть взаимосвязь между этими вещами? Может быть, карандаши – это вдохновение, наше воображение, то, что рождает музыку, а спички могут ассоциироваться со скоростью, в том числе и со скоростью течения жизни. Возможно, это еще и люди, которые воспламеняют друг друга различными идеями. Все это целостно складывается именно в "Карандаши и спички".

– Каждый ваш альбом отличается по стилю, каждый получается не похожим на предыдущий. А в чем уникальность нынешнего?

– Он будет отличаться всем – музыкой, настроением, характером, исполнением, темами. Музыка вообще не может быть одинаковой. Она должна принимать формы того дня, когда она пишется и когда исполняется.

– Как долго готовили альбом?

– С технической стороны – достаточно долго. На это ушло, наверное, около полугода. Но сам материал писался быстро. С момента, когда мы начали его создавать, прошло примерно полтора года. С момента записи – полгода. Знаете, когда альбом начинает создаваться, процесс уже не остановить. Я достаточно быстро пишу музыку и тексты.

– Саунд-продюсером альбома стал Хэйдэн Бендалл – обладатель трех премий "Грэмми", работавший с Тиной Тернер, Queen, Полом Маккартни и другими известными музыкантами. Волновались?

– Я получала огромное удовольствие, работая с Хэйдэном, с человеком такого масштаба и с огромным опытом за спиной. Конечно, для меня это важно и безумно интересно!

Фото: m24.ru/ Владимир Яроцкий

– Сейчас вы готовитесь к концерту, на котором представите альбом. Как проходят репетиции, подготовка? Чем удивите зрителей?

– Поскольку это новый альбом, по-новому будет все: ощущения, звучание, тематика, диалог со зрителем. На данный момент мы в основном пропадаем в студии, сейчас идут конкретные репетиции, занимаемся сценой – этот концерт хотелось бы превратить в некую интересную историю.

– На концерте в августе вы уже представили новую песню "Идеальная погода, чтобы идти к черту". Как она появилась?

– Это мое настроение после определенных личных событий. Могу сказать, что весь альбом написан в момент переосмысления своей жизни.

– Премьеру песни вы сопровождали интересным перформансом, впрочем, как и каждый свой выход на сцену. Как это стало вашей традицией?

– Это интересно и мне самой, и команде, которая со мной работает. Мне важно не просто механически петь песню, а именно сконструировать историю, чтобы соединялось визуальное и музыкальное. Чтобы зрители уходили с концерта не опустошенными, а воодушевленными.

– У вас есть интересный авторский соцпроект "7 минут тишины". На концерте волонтеры устроили флешмоб, повязав на лица платки с этим текстом, и подсвечивали фонариками завязанные лица. В одном из интервью вы сказали, что хотели бы с помощью проекта обратить внимание на глобальные проблемы человечества. На какие именно?

– "7 минут тишины" – это ответ на тот негатив, который происходит сегодня, как в твоей жизни, так и в глобальном мире. То есть сюда могут входить любые проблемы, все, что разрушает и негативно настраивает человека: от самых простых эмоций до масштабных мировых перемен. Думаю, было бы здорово, если хотя бы на семь минут в день каждый человек переставал злиться, завидовать, ненавидеть. Это настолько всеобъемлющий проект! Сегодня он касается одной темы, завтра – другой.

– До выхода альбома "Лай, @" о вас совсем не было слышно. Не боялись, что поклонники вас забудут?

– Знаете, карьера артиста состоит не только в том, чтобы появляться на телевидении, давать интервью и быть постоянно на виду. Есть такие моменты, когда ты создаешь музыку и работаешь в студии, например. Любые паузы необходимы. Я думаю, что все было правильно сделано. Чего мне бояться?

– У многих артистов есть страх, что они потеряют популярность, если они перестанут выступать и выпускать альбомы.

– Я не тот артист, который бегает по улицам и собирает улыбки. Для меня важен смысл, который я вкладываю в то, что я делаю. Поэтому люди, которые понимают меня, всегда будут со мной. И, наоборот, я приветствую момент, когда из списка моих поклонников уходят те, которые приходили просто посмотреть на меня, как в зоопарк, и оценить, насколько я модная или немодная.

– Вас узнают на улицах, подходят, просят автографы?

– Нет. Меня разве можно узнать?

– Я вас узнала, когда вы подходили.

– Вы меня ожидали. Если бы вы не знали, кто придет, то прошли бы мимо, уверяю вас.

– Где вас можно встретить чаще всего?

– На Чистых прудах – я люблю там гулять. Еще часто бываю в музеях, театрах и храмах.

– Несколько лет вы работали с греческим композитором Стефаносом Корколисом, вашим бывшим мужем. Вашим поклонникам он полюбился, им нравилось ваше совместное творчество. Вы допускаете вероятность того, что вы можете вернуться к сотрудничеству с ним?

– К сотрудничеству – конечно, почему нет? Он – очень интересный музыкант. И возможно, проект Bloody Faeries, который мы с ним вместе создавали, будет иметь какое-то продолжение. Я всегда за.

Фото: facebook.com/BloodyFaeries

– Правда ли, что у вас были разногласия из-за того, что вы видели творчество и музыку по-разному?

– Со Стефаносом у нас не было таких разногласий никогда. Мы абсолютно одинаково чувствовали, во всем совпадали. Просто на тот момент, когда мы с ним познакомились, я была влюблена в его творчество, он – в мое, я была в него влюблена как в человека, он был в меня влюблен как в человека. На этой основе и работали. Но, как показывает моя практика, когда два сильных творческих человека сходятся слишком близко, обязательно нужна какая-то передышка. Я почувствовала, что нахожусь, как в тюрьме, и, наверное, Стефанос почувствовал то же самое, поэтому было принято разумное решение расстаться. Сейчас Стефанос занимается своей классикой… или, может, не классикой. А у меня совсем другая история.

– Есть ли схожесть между Линдой, записавшей когда-то в начале своей карьеры "Ворону", "Никогда", "Северный ветер", и Линдой сегодняшней?

– Скажем, большие различия в том плане, что тогда у меня не было опыта, я была совсем маленьким ребенком. Сейчас прошло время, и я поучаствовала во многих различных экспериментах. Это касается и музыки и личного жизненного опыта. Мне нравится учиться новому и развиваться – в любых сферах и отраслях, поэтому, естественно, я получала образование, встречала на своем пути интересных людей, которые меня вдохновляли. Единственное, что меня связывает с прошлым – это песни той поры. Они сохранились, как фотография. Это мое творчество, и я о нем буду всегда вспоминать, потому что была задействована в этом. И оно интересное, хорошее, сильное.

Фото: m24.ru/ Владимир Яроцкий

– Некоторое время назад хиты "Марихуана" и "Мало огня" вы перезаписали с рэп-исполнителями. Будут ли еще эксперименты?

– Вряд ли, это уже банально, и не хочется возвращаться к переработкам старых вещей. Это возможно только в концертных исполнениях, потому что мы ездим по разным городам России. Поэтому для людей, которые хотят нас слышать, естественно, мы возвращаемся к старым песням, экспериментируем – делаем, например, новые обработки этих песен, разные аранжировки. Это делается и для нас самих, чтобы нам тоже было интересно их исполнять.

– Однажды вы сказали, что не хотите ни с кем петь дуэтом. А сейчас что-то изменилось?

– Петь дуэтом никогда не хотела бы ни с кем, и сейчас то же самое. Те проекты, которые мы сделали, например, с Глебом Самойловым – это не исполнение дуэтом, это работа двух людей, которые создали нечто цельное.

– Какие песни звучат сейчас в вашем плеере? Кого вы слушаете?

– К сожалению, я не запоминаю имена исполнителей, которых сейчас слушаю, потому что хорошей музыки очень много. В моем плейлисте остаются те музыканты, которых я слушала всегда – от Pink Floyd до Бьорк.

Ирина Левкович

Сюжеты: Музыкальная жизнь столицы: рецензии, фотографии, интервью , Интервью с людьми искусства , Персоны

Поделиться в социальных сетях:

закрыть
Обратная связь
Форма обратной связи
Прикрепить файл

Отправить

Следите за новостями:

Больше не показывать
Яндекс.Метрика