Москва 24

Свежий воздух

09 декабря, 2014

Места силы: Noize MC о Московском зоопарке, Красном Октябре и Арбате

Фото: m24.ru/Владимир Яроцкий

Москва у каждого своя. Мы решили выяснить, какой столицу видят звезды, и запустили серию историй-интервью. В них известные музыканты рассказывают о любимых улицах, двориках и клубах.

На очереди Noize MC, который прогулялся с нами по зимнему зоопарку и рассказал о том, как притворялся иностранцем на Красном Октябре, получил в подарок коньяк от пятилетнего мальчика на Арбате и убегал от собак на набережной Тараса Шевченко.

Иван Алексеев, он же Noize MC, подходит к зоопарку с Шотом, он же DJ Stufford, и самокатом в руке. У ребят немного времени - они прибежали с саундчека и через несколько часов презентуют песню, написанную для российской семейной комедии "Елки лохматые". На входе Ивана предупреждают, что на территории зоосада езда на самокате запрещена. Музыканта не узнают.

Будний день. Посетителей мало. Иван замечает маленького мальчика на самокате и смеется: "Вот он - маленький нарушитель. Тогда я тоже буду кататься".

Гуляем по зоопарку. Говорим о клипах и вспоминаем "Жвачку". Иван признается, что графику доделать не успели из-за сжатых сроков и рассказывает, что скоро появится пара новых видео. Идем к выходу, одновременно фотографируясь у вольеров и пруда с утками. Иван ругает наших предков, которые построили столицу в таких холодных краях. Все смеются. Приложение в телефоне Шота показывает минус шесть, по ощущениям - минус двадцать шесть. Решаем провести интервью в тепле и перемещаемся в ближайшее кафе.

Зоопарк


Фото: m24.ru/Владимир Яроцкий

"Зоопарк в первую очередь связан с миром детства. И Московский зоопарк, как мне кажется, достойный представитель европейских зоопарков.

В последний раз собирались с женой посетить его еще летом. Мы ездили по центру с детьми на заднем сиденье и думали, куда бы нам податься, были в разных местах в течение дня и в итоге решили заехать в зоопарк. Дети к тому моменту заснули. Мы остановились рядом со входом и пока решали, будить их или нет, оказалось, что зоопарк уже не работает.

Это был большой облом. Поэтому когда вы меня спросили, куда бы я хотел пойти, чтобы сфотографироваться, я решил, что надо все-таки дойти до зоопарка. Зимой я здесь никогда не был. Правда, сейчас мы смогли увидеть только белого медведя и самых стойких уток (смеется). Но тем не менее это место мне нравится"

Арбат


Фото: m24.ru/Владимир Яроцкий

"Арбат для меня - история, которая никогда не кончится. Это место силы. В этом году мы сыграли там ранней осенью. Стараемся хотя бы раз в год выступать на Арбате. Конечно, хотелось бы чаще, но не складывается, к сожалению.

Раньше на Арбате было гораздо проще договориться, чтобы тебе дали электричество. Продавцы киосков и магазинов активно шли нам навстречу и давали розетки, ничего взамен не просили. Правда, мы стали собирать такие толпы людей и исполняли порой такие песни, что люди очень быстро стали переживать, что мы нарушаем общественный порядок. У нас и с милицией инциденты были.

Помимо нас на Арбате выступала куча людей, но мы не чувствовали конкуренции. Ее обычно чувствовали другие "уличные маги". Особенно пронзительно на эту тему выражали свое недовольство ребята, которые рассказывали у Театра Вахтангова анекдоты. Были там два одиозных персонажа, которые пугали нас невероятными связями с местной милицией и хвастались, что у них есть влиятельные покровители. Еще был факир, который каждый год приходил и говорил, что он здесь семь лет работает, поэтому отсюда надо всем уходить. Цифра семь от года к году не менялась. Видимо, это число ему очень нравилось.

На Арбате мы познакомились с битбоксером Вахтангом. У него тогда был никнейм Робертино. Он часто исполнял свой знаменитый номер про птичку My name’s Sex Machine. Это где он птичку подбивает, а потом начинает с ней разговаривать страшным голосом. В те времена это был его главный хит, и Вахтанг в каждом выступлении обязательно его исполнял. Наша совместная песня "Ток" повествует как раз о тех временах. В ней все - правда.

Фото: m24.ru/Владимир Яроцкий

Там же мы встретили Ваню Blackman'а и часто тусили с рэп-группировкой из Гольянова RW-Clan. Там был Серега Neroga, он был лучшим на свете аскером: ходил с шапкой по рядам и практически отбирал у людей деньги (смеется). Он делал это очень обаятельно и круто. За один двухчасовой сет было реально заработать где-то долларов двести.

Вообще, основной угар на Арбате творился в эпоху до видео на смартфонах. В 2005-м там был самый огонь. Бомжи постоянно танцевали. Один раз ко мне подошел ребенок лет пяти и после песни поставил бутылку коньяка на усилитель со словами: “Это вам от папы” (смеется).

Люди не снимали на мобильники, потому что почти не было камер на телефонах. И это было хорошо, потому что зрители были включены в процесс. Плюс тогда я не был медиаперсоной, и у людей возникал неподдельный интерес к новому музыканту".

Общежитие РГГУ


Фото: m24.ru/Владимир Яроцкий

"Чудесное место, школа жизни, концентрированный вариант нашей страны, спрессованный до размеров одной шестнадцатиэтажки. Летом 2002-го я поступил в универ и стал жить в общежитии.

Ну что сказать, это были великолепные времена. Правда, курсу к третьему я отчаянно захотел уехать из общежития и снял жилье на Арбате. Все потому, что моя комната превратилась в проходной двор и находиться в общаге стало довольно проблематично. Ко мне постоянно приходили люди с чистыми болванками, и я им записывал туда свои треки. Я делал тематическую подборку, у меня был актуальный плейлист примерно из 25 песен. Какие-то треки я со временем заменял на более новые и лучшие. Люди потом везли музыку к себе домой на каникулы. Такая аналоговая социальная сеть для музыканта того времени.

Позже появилась наша страничка на сайте narod.ru, и люди стали качать песни оттуда. Интернет в том виде, в котором мы знаем его сейчас, только набирал обороты. Эти два факта очень способствовали становлению меня и моей группы.

Люди были крайне разнообразные. Много совершенно оторванных персонажей (смеется). Например, первый участник группы Саша Кислинский. Мы с ним неоднократно встречались в коридорах общаги. У него была потрепанная майка с серпом и молотом, и он все время был в полнейшем неадеквате. На мои предложения о группе Саша говорил: "Да, конечно. Я то же, что и ты, слушаю, это замечательно. Вообще, стопудово надо срочно репетировать".

Фото: m24.ru/Владимир Яроцкий

Мы встречались где-то раз в месяц в таком же состоянии и говорили друг другу те же слова. Однажды спектакль был разрешен первой репетицией. Хотя вру, на самом деле. Группа началась с того, что я однажды зашел взять у него бас-гитару для записи песни "Когда-нибудь". Есть у меня такой древний трек про то, что однажды у меня все получится. И с этого момента все начало получаться потихоньку.

Общежитие - самодостаточный мир, из которого порой хочется вырваться хотя бы в универ (смеется). Такой круглогодичный пионерлагерь для тех, кто немножко засиделся в школе. Я учился рядом с общагой на факультете информатики.

Учился неплохо, но к концу четвертого курса должен был ехать со "Сникерс Урбанией" по разным городам. Казалось, жизнь удалась, ключи от победы в кармане. Правда, в универе дела шли не очень. Я собрал все пересдачи. В мои времена там была система баллов: в течение семестра набираешь баллы, и если переваливаешь за порог, необходимый для зачета, у тебя все получилось. Если нет - тебя ждет экзамен. Сессию сдавали только лузеры.

Фото: m24.ru/Владимир Яроцкий

К концу четвертого курса я собрал на сессию абсолютно все предметы, и у меня было чуть больше недели на то, чтобы это разрулить. Я решил, что мне это не надо. Дело всей моей жизни не похоже на то, чему меня там учат. Идти и изображать нерадивого студента и скулить мне очень не хотелось, о чем я заявил тогда еще будущей жене. Аня сказала: "Ну ладно, не хочешь - не сдавай". На меня это повлияло, и я все быстро уладил. Преподаватели не знали, что я занимаюсь музыкой, приходилось им об этом рассказывать.

Первый клип на “Песню для радио” появился только к концу пятого курса. Это был 2007-й год, а дебютный альбом вышел только через год. Довольно часто проезжаю на самокате мимо общаги, особенно сейчас, потому что репетирую мюзикл "Джульетта и Ромео" в Театре Российской армии, который не так далеко находится.

Когда я там бываю, чувствую прилив очень светлой ностальгии. Но это ностальгия не щемящая, которая, обливая сердце кровью, шепчет тебе: “Ты все упустил, твоя жизнь там, этого никогда не вернуть"(смеется).

Метро


Мне нравятся новые станции. Вся салатовая ветка великолепно выглядит: "Сретенский бульвар", "Трубная", "Достоевская". В Люберцах наконец появились станции "Жулебино" и "Лермонтовский проспект". И станции сами по себе крутые, и прекрасно, что они есть. Жизнь ускорилась.

Я езжу в метро достаточно часто, потому что не умею водить. Как люди реагируют, когда узнают меня? Ну как в Москве люди реагируют на все? (Делает безразличное выражение лица, все смеются).

Иногда ко мне подходят в метро, естественно. Но недавно был совсем комизм. Я захожу в вагон, причем не в самое удачное время для поездок, когда очень много людей. Сразу замечаю свободное место и сажусь. И рядом со мной сидит человек, который смотрит на меня огромными глазами. Я замечаю, что он в самодельной толстовке Noize MC. Ну явно мы таких не выпускали. Видно, что парень скачал фотку в интернете, наложил шрифт, сам все сделал.

Я опускаю глаза и вижу, что в телефоне у него играет наша песня "Хозяин леса" из альбома Hard Reboot. Дальше диалог: "Это что, правда ты?" Я говорю: "Ну да". Он просто офигел. Мы разговорились. Оказалось, парень был на презентации альбома в Москве, но не успел купить диск. Было понятно, что он фэн до мозга костей. К счастью, у меня с собой была пластинка, я подогнал ее парню, расписался. Самодельная толстовка - это, конечно, очень приятно".

Красный октябрь


Фото: m24.ru/Владимир Яроцкий

"Мы очень мощно гудели с Шотом (диджей группы Noize MC – M24.ru) после концерта группы “Ленинград” этим летом в клубе ICON. Это было просто сумасшествие. Все началось с того, что Серега Шнуров вытащил меня на сцену, и я читал фристайл в песне “Менеджер”. Это запустило необратимый процесс. Еще я очень ждал на концерте жену, но по каким-то причинам она до меня не доехала, я расстроился, и мы с Шотом ушли в крутое пике (все смеются).

Это была незабываемая ночь на Красном Октябре. Мы ездили на самокатах по кругу. В самом клубе был какой-то мальчишник, мы читали им поздравительные фристайлы. Гоу-гоу танцовщицы курсировали туда-обратно, мы троллили девушек, которые не вылезали из своих телефонов, достаточно успешно косили под иностранцев. Это был полный трэш (смеется). В общем, мы долго курсировали в окрестностях, пока не встретили Женю Шаповалова из журнала Maxim, и он позвал нас в некую “Крышу мира”.

Мы приехали туда, но перед клубом - длинная очередь, не пускала охрана. Там была высокая лестница и крутой склон. Мы устали ждать, и я ломанулся мимо лестницы по этому склону, нырнул под ограждение и стал прорываться в клуб. Я был почти успешен, но через несколько секунд меня скрутил охранник и чуть ли не сбросил по лестнице.

Мы Шотом снова забрались на склон и зачитали очередной фристайл, уничтожающий охранников. После этого мы поехали на самокатах вдоль набережной Тараса Шевченко, а за нами гналась стая собак. Они бежали с нами ноздря в ноздрю. Это было очень страшно (все смеются).

Потом посреди дороги мы застряли: все было перекопано, шла стройка. Мы полезли через забор с самокатами в руках. Просто альпинизм. В итоге в девять утра мы доехали до нашего пиар-директора Максима Гну. Он ждал нас всю ночь, а у нас с Шотом сели телефоны. В общем, по итогам всего лишь одной ночи в Москве у нас появилось немало новых любимых мест. Москва вообще прекрасный город".

Екатерина Кадушкина

закрыть
Обратная связь
Форма обратной связи
Прикрепить файл

Отправить

Следите за новостями:

Больше не показывать
Яндекс.Метрика