Москва 24

Культура

29 марта, 2016

Константин Хабенский сыграет в недетском спектакле о Маленьком принце

Фото: m24.ru/Игорь Иванко

Десять лет назад в Концертном зале Чайковского Константин Хабенский примерял на себя маски, созданные Шекспиром, сначала разыгрывая перед публикой "самую печальную на свете повесть", а затем "Гамлета". В партнерах у актера МХТ имени Чехова был Российский национальный оркестр и дирижер Владимир Юровский. С сегодняшней позиции тот опыт, повторенный, к слову, в прошлом сезоне, но уже при участии Даниила Спиваковского, можно рассматривать как предтечу моноспектакля "Гамлет. Коллаж" Театра наций.

Идея моноспектакля была реализована Робером Лепажем. Канадский мэтр решил проблему смены масок с помощью мультимедийных технологий. По тому же пути пошли и создатели спектакля "Не покидай свою планету". Премьеру сыграют 30 и 31 марта в "Современнике" на Яузе.

Повесть Антуана де Сент-Экзюпери о Маленьком принце в руках постановщика Виктора Крамера воспринимается как трагедийный текст – короткая выразительная интродукция, несмотря на условность декораций (песочница на авансцене, разросшееся до огромных облако неправдоподобной формы, проржавевший металлический табурет, массивный гаечный ключ), сообщает зрителю, что этот спектакль вовсе не адресован детям. Первые же минуты действия связаны со смертью героя – главного и единственного, агонизирующего пилота, потерпевшего крушение в песках Сахары. Но перед своим последним путешествием, которое Крамер решает в космических сферах, под музыку из второго фортепианного концерта Брамса в переложении для альта и струнного ансамбля, на героя снизойдет откровение, самое сильное в его жизни.

Для Хабенского жанр моноспектакля – привычная среда. В МХТ имени Чехова идет "Контрабас", спектакль, при подготовке которого актер брал уроки у контрабасиста "Солистов Москвы". Эту профессиональную тайну раскрыл Юрий Башмет после одной из репетиций новинки "Современника". В этот раз Хабенский прикоснется к музыкальным инструментам единожды – передавая Башмету его бесценный альт. На сцене окружающие его "Солисты Москвы" в нескольких драматичных моментах перестают быть музыкантами, и становятся театральной массовкой.

Кузьмой Бодровым специально для спектакля была создана музыкальная партитура, отвечающая драматургическим задачам Крамера. Главное место в ней заняли два композитора – Густав Малер и Иоганнес Брамс. Адажиетто из Пятой симфонии Малера авторы ассоциировали с рассказом о Розе. Крамер лишил этот образ метафоричности и, более того, сообщил ему внешний облик – в руках Хабенского появляются фотографии с женскими лицами. В момент прощания с Розой, герой, весь спектакль прятавший под одеждой десятки черно-белых карточек прекрасных незнакомок, рассыплет их фонтаном, и на заднике-облаке появится леденящий душу кроваво-красный цветок как символ разочарования, синтетической, ненастоящей любви. На публику, смахивающую слезы под музыку Малера, это производит мощное впечатление.

Путешествия Маленького принца на соседние астероиды связаны уже с другим произведением великого австрийца – Бодров переинструментовал третью часть Первой симфонии, известную в музыкантской среде как "Звери хоронят охотника". Вариации темы этой части, известной песенки про братца Жака, Бодров строит исходя из драматургии образов обитателей астероидов – политика, пьяницы, предприимчивого человека, честолюбца, фонарщика.

Технологически эти моменты в спектакле решены необычно: например, астероид пьяницы, как замаскированный секретный объект, вырастает из недр песков. И тут зрителю приходится выбирать – пытаться ли узнать в музыке Малера, слушать текст, который произносит Хабенский, или рассматривать динамичные декорации. В какой-то момент всего на сцене становится в излишке, и мельтешение начинает раздражать. Впрочем, сами образы обитателей астероидов у Экзюпери не вызывают симпатий.

Кульминационным моментом, но не финальным становится сцена прощания с Маленьким принцем – герой зачерпывает в свою куртку умирающее на песке пламя, и несет, как ребенка, на руках через весь партер. Образ страшный и многозначительный. Виктор Крамер не пожалел сил, чтобы наполнить спектакль моментами, от которых глаза на мокром месте и у женщин, и у мужчин. Притчевую часть с Лисом он решает как диалог актера и человека из зала, в то время как на сцене горит ровным светом "ледяная" виолончель. "Приручив" друг друга, Хабенский и его сымпровизированный напарник заключают друг друга в объятия.

Спектакль, несмотря на сложную структуру, предполагающую необъемлемое участие "Солистов Москвы" и маэстро Башмета, войдет в репертуар "Современника", и будет идти не только с Константином Хабенским. У него на подхвате Артур Смольянинов, который наверняка внесет в центральный образ свои краски.

закрыть
Обратная связь
Форма обратной связи
Прикрепить файл

Отправить

Следите за новостями:

Больше не показывать
Яндекс.Метрика