Москва 24

Культура

29 мая, 2015

Музыкант Антон Румянцев: "Играй все, что тебе попадется"

Фото предоставлено пресс-службой Антона Румянцева

Музыкант Антон Румянцев хорошо известен российской джазовой публике, но благодаря его новым проектам, похоже, аудитория увеличится. Взяв за основу музыку двух ключевых мировых рок-коллективов, Румянцев добился неожиданно высокого результата: на его концерты пришла публика, до этого подобными трансформациями не интересовавшаяся. О том, как провести джазовый ликбез для почитателей рока, музыкант поделился с корреспондентом M24.ru.

– C музыкой The Beatles работали многие, но творчество Курта Кобейна и его команды от джаза, на первый взгляд, еще дальше, чем мелодии ливерпульской четверки. Как вам – джазовому музыканту, пришла в голову мысль сыграть стандарты Nirvana?

– Оказалось, мы сделали что-то новое. Раньше все делали какие-то переработки, но это было в рамках одной-двух вещей, которые включались в общий альбом. В свое время Херби Хэнкок, всемирно известный джазовый пианист, включил композицию Nirvana в свой альбом New Standards ("Новые стандарты"), немного ее переиначив. Мы решили пойти дальше и добиться целостного восприятия. Мы не стали изменять ничего, а сыграли, как играла группа. В джазе же простые мелодии, вот и мы постарались сделать несложные. Не стали их усложнять, а просто оттолкнулись от мелодизма Курта Кобейна. Это было основной идеей. Мы погружаем людей в нирвану, чтобы люди отдохнули и получили наслаждение, прикоснувшись к какому-то таинственному чувству музыки. Если же говорить про программу "The Beatles в джазе", то мы просто старались сыграть эти песни весело. Как это делали сами "битлы". Приятно, что это нравится битломанам, кажется, что мы деликатно отнеслись к их теме и сыграли кавер, не испортив сути. Мы в первую очередь пропагандируем музыку.

– А вы можете вспомнить, как вы впервые услышали The Beatles?

– В детстве я слушал абсолютно разную музыку. Вначале услышал Бена Уэбстера, на чьи пластинки я в школе откладывал деньги, сэкономленные на завтраках. Пластинки Бена Уэбстера сослужили мне колоссальную услугу. Потом я услышал The Police и ощутил какую-то нереальную свободу, от которой меня вставило! Ну и понеслось. Я увидел документальный фильм о The Beatles, в котором показывали как люди по ним сходят с ума.

Видео: YouTube/Пользователь: Антон Румянцев

– В адрес ваших проектов звучит немало критических замечаний, суть которых в том, что вы, так же, как и Игорь Бутман, при помощи музыки общеизвестных рок-групп, адаптируете джаз для массовой публики, определенным образом его упрощая.

– Существует кухня, существуют повара. Кто-то делает молекулярную кухню, кто-то обыкновенную русскую, а кто-то авторскую. Это выбор каждого. Музыканты обвиняют нас в примитивизме? Пусть выйдут и сыграют так же! Докажут, что могут сыграть так же "примитивно"! К сожалению, в музыке мы страна третьего мира. В нашей стране, так исторически сложилось, что все самое интересное приходит из-за границы – музыкальная культура, мода. Я подумал, почему бы не сделать такой микс из рока и джаза, и чтобы этот джаз был понятней. Что в этом плохого? Хотят сложного джаза. А кто его слушает? Эти музыканты не замечали, что в клубах сидят люди, которые, к сожалению, вообще ничего не понимают в джазе.

Поймите, есть просто музыканты, а есть музыканты-бизнесмены. Вот мы с Игорем Бутманом можем назваться музыкантами-бизнесменами. Но, послушайте, если у нас, к сожалению, нет рынка качественной музыки, так что нам делать? Нам надо выживать. Мы же привлекаем людей, не отталкиваем их. Для кого-то мы попсовые. Для кого? Для тех, кто не понимает общей схемы работы с публикой? Сходите на концерты этих музыкантов и посмотрите, сколько на них пришло людей. Это же чистая математика! Мой совет большинству ребят: чем больше вы будете общаться с людьми, тем больше вы будете востребованы. Это факт. У нас же нет рынка инструментальной музыки. Мы его создаем.

Многие люди живут в пелене и не знают, что им может принести эта музыка, как она может раскрасить жизнь! У меня в Твери был потрясающий концерт. На афишах просто написали Nirvana в джазе, и пришел полный зал "неджазовых" людей. Для филармонии это хорошие показатели. А публика слушала целый концерт, два отделения при полном аншлаге. Думаете, они пошли бы просто на джаз?! Может, кто-то вообще первый раз в филармонию сходил на концерт. Да, мы отчасти говорим про бизнес, но про музыку говорить словами сложно. Ее надо играть.


Видео: YouTube/Пользователь: Антон Румянцев

– Может быть, те музыканты, про которых вы говорите, видят ситуацию немного иначе и у них своя публика, просто не такая многочисленная?

– Нет, для них Румянцев играет не так. Это вопрос мелкой зависти. У меня удачный проект, а у них нет. Если ты сразу играешь сложный джаз, человека неподготовленного это отпугивает. На их концерты приходят подготовленные? Уверяю: далеко не все и не всегда! Приходят и уходят, а у меня люди приходят и остаются. Они окунаются в джаз. И кто сейчас может сказать, что Игорь Бутман не играет серьезный джаз? Это смешно. Я делаю то, что считаю нужным. Я накопил багаж работы в разных коллективах, работаю и с диджеями, и я в шоу-бизнесе. Важно, как ты делаешь свое дело, если ты профессионал. Мне важно, что на мои концерты приходит публика и сидит, как вкопанная.

– Вам не сложно обращаться сразу к такому количеству направлений – диджеи, гранж?

– Надо сказать, что у меня отношение к музыке с детства было, как потом выяснилось, правильное. Я слушал и иностранцев, и "Ласковый май", и "Наутилус Помпилиус", я слушал Богдана Титомира, "Моральный кодекс", "А-Студио", Аллу Борисовну Пугачеву. Если это было талантливо сделано, слушал Киркорова. Я знаю Тимура Темирова, который сейчас звучит во всех караоке, но его не пускают на экран. Я всеядный. Мне хочется знать и то, и третье-десятое. Когда я общаюсь с американцами, серьезные музыканты, знаете что, говорят? Играй все, что тебе попадается. Как у тебя жизнь идет, так играй. Ни от чего никогда не отказывайся. Я бы тем ребятам, которые говорят про нас, что мы делаем увеселительную историю для людей, сказал бы, что, ребята, играйте то, что у вас идет, не надо отказываться.

Как джазовый музыкант я только приобрел, работая с диджеями. Как это ни удивительно и ни парадоксально. Объясню. В джазе ценятся грув и свинг. Они должны исходить от любого музыканта, будь то барабанщик, басист, пианист. От их игры люди трясут головами, дергают ногами, а может, даже и танцуют. Это и есть то, что объединяет. Когда я начинал учиться в Гнесинке, для меня эмоциональным выходом послужила диджейская музыка, грув, который там заложен. У меня есть проект Live Sax Party, с которым я работаю на корпоративах, и получаю от этого колоссальный кайф. С джазменами нужно прожить жизнь. И ребят, с которыми я сделал The Beatles и Nirvana в джазе, я знаю давно, а проект сделали только сейчас. Потому что все созрели для такого целостного удара.


Видео: YouTube/Пользователь: Антон Румянцев

– Имея за плечами академическое джазовое образование, не сложно вам было браться за материал Nirvana – группы, не знавшей нот?

– Я играю все наизусть и сразу. Все формы запоминаю, это сложно, но можно. Первую вещь Nirvana мы запоминали где-то полгода. Сейчас все проходит на одном дыхании. Музыканты улыбаются от счастья, потому что получают наивысшее чувство от музыки, с чем им и хочется поделиться с нашими слушателями. Кто сказал, что обязательно нужно иметь с джазом отношения? Мы используем джазовые краски, потому что мы джазовые музыканты. Тогда я задам вам встречный вопрос: как вы думаете, что же нас так прельщает в Nirvana? Для джаза, для любой музыки типична мелодия, она должна быть. Если мелодии нет, композиция, как правило, умирает.

– Вы увидели в Nirvana, то что называется грувом?

– Конечно, даже есть название – гранж. Достаточно погрузиться в одну мелодию, и другие начинают тобой более правильно пониматься. Они могут быть простыми, но в них есть ядро, то ядро, которое понравилось миллионам. Я услышал Nirvana в 1993 и тогда же увидел клип на Smeels Like Teen Spirit. Меня просто это вырубило, потому что я увидел профессиональных людей! Меня так порадовало, что даже эти ребята, которые играют гранж, находятся на высоком музыкальном уровне. Я не говорю, что они джазмены, но тем не менее, если взять некоторые гармонические сдвиги, которые делает Курт Кобейн на гитаре, то вы увидите практически гармонизации Джона Колтрейна. Были там наркотики, не было, это не так важно. Мы в песню Nirvana вставили фрагмент Georgia, например, потому что она подходила по характеру.

– Вероятно, поэтому вы берете группы, которые на слуху – The Beatles, Nirvana, а почему не возьметесь за действительно сложный материал, скажем, тех же King Crimson?

– Мы возьмемся за все, что нам будет интересно. Другой момент, некоторые треки действительно сложно сыграть. Если мелодия придумана на гитаре, ее исполнение на саксофоне не всегда ложится в контекст. Программа строится по принципу контрастов и сопоставлений. Мы сопоставляем драматургические вещи, громко – тихо, весело – грустно, из этого состоит вся музыка.

Каждый музыкант выполняет свою функцию, и все участвуют в процессе на равных. Сейчас мы работаем над программой, основанной на материале Queen и погружены в эту музыку полностью. У меня их музыка даже на звонке телефона стоит. Есть задумка сыграть Queen с целым оркестром. Повторить в точности с импровизациями композицию "Барселона", которую исполняли Фредди Меркьюри и Монтсеррат Кабалье. Причем партию Кабалье может сыграть Сергей Мазаев на кларнете, а я на саксофоне за Меркьюри. Хочется подать это очень красочно, чтобы люди видели, что у нас в России, а не только за границей есть профессионалы. Джазовая музыка – интеллектуальная музыка, и слушают ее всегда интеллектуалы. Интеллектуалами же тоже становятся постепенно. Для этого человек учится, развивается.

– Почему тогда не упросить этот путь. Не играть полновесные программы – по The Beatles и Nirvana, а сделать большое попурри?

– Существует концепция, нарушать которую нельзя, ломается вся история. Это вопрос выбора и вопрос маркетинга. Для нынешнего поколения джаз – "музыка старых", но зато они знают Nirvana, знают The Beatles, Queen. Некоторые знают и Metallica, Led Zeppelin, The Rolling Stones. Сделав попурри, ты эту аудиторию никогда к джазу не приведешь. А так ты заставляешь послушать их целую программу.

Даниил Борисович Крамер устраивает много фестивалей по стране, и не так давно он пригласил нас на фестиваль в Омске с программой Nirvana. Тысячный зал, аншлаги, мы выходили в первом отделении два дня подряд. Вы себе не представляете, что там было. Взрослые люди сидят, чуть не плача слушая Nirvana. Почему? Потому что мы играем искренне, мы относимся искренне к публике, с уважением, и она это чувствуют. Вот и все. И таким образом происходит обмен энергией, и все получают колоссальное удовольствие. Концерты в ММДМ это подтвердили.

– Вы утверждаете, что творчески вы абсолютно всеядны. Но не может быть, что вам нравится абсолютно все?

– Я недавно поймал себя на мысли, что мне не нравится бездарная музыка, а бездарная музыка может быть в любом стиле. В шансоне есть ужасные композиции, но есть и талантливые. В поп-культуре тоже есть бездарность. Вот поет человек, но у него нет нужного тембра, такое тоже бывает. Но ничего страшного, за старание его можно похвалить. Я не сторонник говорить плохое, я предпочитаю подумать, как из этого сделать лучше. Мне это интереснее.

закрыть
Обратная связь
Форма обратной связи
Прикрепить файл

Отправить

Следите за новостями:

Больше не показывать
Яндекс.Метрика