25 февраля, 2016

Участница проекта "Живые поэты" Софья Левицкая – о стихах и предвидении

Поделиться в социальных сетях:

Фото предоставлено автором

У нее медные волосы и большие глаза, ей семнадцать лет, она живет в Самаре и учится в музыкальном училище. Но хрупкая внешность и еще небольшой жизненный опыт не объясняют, из какого сора растут такие взрослые и непростые стихи. Представляем вашему вниманию первый из серии дополнительных материалов к проекту "Живые поэты" – интервью с Софьей Левицкой, молодым автором из Самары.

– Как стихи появились в твоей жизни?

– Честно сказать, почти не думала об этом, а когда думала – не могла вспомнить. Несколько дней назад учительница, которая преподавала литературу в моей школе, рассказала о том, как я в пятом классе принесла ей тетрадь с какими-то стихами. Думаю, найди я ее сейчас – убедилась бы, что это не самая приятная вещь, которую можно читать.

У меня никогда не было такой цели – сесть, написать стихотворение – я просто пишу. Это как накопление чего-то: живу, хожу, в течение нескольких дней, недель, месяцев внутри копится энергия, мысли, которые выливаются в итоге в стихотворение или несколько стихотворений.

– Да, с одной стороны, стихи – это процесс накопления мыслей. Но с другой – поэт полностью сконцентрирован на конкретной эмоции, отдан конкретному моменту жизни, у поэтов, вообще говоря, нет памяти. Получается конфликт, можешь прокомментировать?

– Думаю, да. Те мысли, которые автор закладывает в стихи, то, о чем он говорит, не исключает того, что он накапливает энергию. Правильнее всего будет сказать – я коплю не воспоминания и не мысли, а именно энергию.

– В твоем стихотворении, опубликованном в рамках проекта "Живые поэты", ты обращаешься к девушке от мужского имени. Это довольно популярный поэтический прием – чем он обоснован в твоем случае?

– У меня нет такой привычки – писать от лица противоположного пола. Наверное, я использовала его подсознательно. Просто любовное обращение мужчины к женщине – более привычный формат отношений, чем другие, и стихотворение воспринимается легче. Конкретно это стихотворение было написано быстро, сразу таким, как оно есть, и ни разу не редактировалось.

Если углубиться в этот вопрос, то для меня женский и мужской пол различаются не сильно – когда я общаюсь с человеком, в последнюю очередь обращаю внимание на его пол, любые другие внешние признаки.

Волна идет. И молнии, и гром.
И все бегут, пока им путь открыт.
На небе золотом, на небе голубом
Пророчество горит.

Без связи, без возможности сказать,
Без лишних чувств совсем, без нужных тоже.
До музыки – не уши, а глаза.
До слова – кожа.

Идет волна, как смерть моя идет.
Спускается туман, ложится невесом,
Кончается. И день, и ночь, и снег, и мед,
И стих, и Бах, и сон.

– Читая твои стихи, я пытался представить себе человека, написавшего их. Теперь, увидев тебя, понимаю, что все мои представления были ошибочны, и что твои стихи старше тебя. Представь себе, что ты оказалась перед зеркалом, в котором отражается душа – что ты увидишь?

– Я чувствую себя старше своего возраста на какое-то количество, может быть не лет, а пережитых эмоций, мыслей, о которых успела написать. В этом зеркале я бы увидела как и некоторое количество опыта за плечами, так и какие-то вещи, о существовании которых я знаю, но еще не понимаю зачем они нужны, и что с ними нужно делать.

Думаю, слово "опыт" в моем случае – это не мой личный небольшой опыт, который я за свои 17 лет успела приобрести. Скорее, это опыт прошлого, если принимать вероятность существования прошлых жизней, что-то, что было вложено в мою память изначально.

Да лучше бы на измене, Господи. Лучше бы на истерике.
Почему мы переплываем реку, не зная берега?
Почему вспоминаем лучшего современника
Только когда он уже несколько лет, как мертв?

Почему на игле сидеть безопаснее, чем на людях?
Почему каждого неприкаянного кто-то любит,
Но никто никогда не поймет?

Лучше бы на игле, лучше бы на разрыве ткань становилась тоньше.
Мы называем любимую женщину любовницей и партнершей,
Своею милою, дорогой, единственной, только больше,
Больше слов ничего ей не отдаем.

Лучше бы никогда не болеть ничем, ни о ком.
Никогда не бывает, чтобы под потолком
Кто-то висел вдвоем.


– Расскажи о нескольких самых ярких событиях, произошедших с тобой за последнее время.

– Первое: недавно я прочла "Тюремную исповедь" Оскара Уайльда и была поражена до глубины души. Второе: первая поездка в Санкт-Петербург. Третье: ночь, которую я провела у одной из участниц "ПМ" ("Поэтическая мастерская" – творческое объединение литераторов из Самары, курируемое Романом Мнацакановым – прим. автора). Утром моей подруге позвонили и сказали, что у нее умирает дедушка. До этого, сидя на подоконнике, я некоторое время писала стихотворение про смерть, я чувствовала ее.

– На мой взгляд, это одна из черт поэтического таланта – возможность в тексте, над которым работаешь, увидеть и описать события грядущего, выйти стихотворением за пределы времени. Кроме этой ситуации, с тобой случалось еще что-нибудь подобное?

– Несколько раз – через сны. Из снов ощущения попадали в стихи, а потом уже я замечала их в реальной жизни. Кстати, недавно приснился интересный сон. Мне и многим моим друзьям – много времени проводим вместе, сильно эмоционально связаны друг с другом – в последнее время часто снится война. Война, идущая в театре, концертом зале – и я в ней выступаю за сторону, где находятся сиденья, против тех, кто стоит на сцене.

Фото предоставлено автором

– У меня осталось два вопроса – похожих, но очень разных. Софья, почему ты пишешь? И зачем ты пишешь?

– Почему – потому что не могу этого не делать. У меня никто не спрашивает, хочу я этого или нет, это просто происходит. А зачем… Для того, чтобы что-то поменять: человек читает стихотворение, и оно становится для него открытием. Я еще не добилось этого от своих стихов – у меня меняется стиль и манера, я ищу и в силу своего возраста, думаю, еще могу себе это позволить.

Все кончается, все начинается снова.
Меняется форма, разменивается монета.
Все на свете не представляет собой ничего иного,
Кроме звука затихающего флажолета.
Из ничего – мир, свет, апогей всего.
Из пространства – круг, крест, квадрат.
Я рисую линии целый год.
И из линий растет трава.
Я мешаю краски за разом раз,
Я ломаю за плоскостью плоскость, за кистью кисть.
И когда наступит моя пора,
Я сотру по плечи обе руки.


Беседовал Андрей Орловский

Сюжет: Живые поэты

Поделиться в социальных сетях:

закрыть
Обратная связь
Форма обратной связи
Прикрепить файл

Отправить

Следите за новостями:

Больше не показывать
Яндекс.Метрика