Москва 24

​Смотреть онлайн на m24.ru

03 июня 2014, 15:50

Профессор Уильям Индик рассказал о связи психологии и кино

Уильям Индик - о связи психологии и кино

В киношколе Cinemotion прошел семинар "Кино как инструмент психологического анализа". Его провел доктор психологических наук Корнельского университета, профессор философии Даулинг–колледжа Уильям Индик. Он провел связь между психологией и сценарным мастерством и показал на примере известных фильмов, как эти теории работают. M24.ru провело трансляцию мероприятия.

Уильям Индик: Доброе утро! Я являюсь профессором медиа-психологии, я специализируюсь на сценарном мастерстве и кинематографе. Меня пригласили сюда, потому что я являюсь автором книги для сценаристов, которая вышла около 10 лет назад. Главным образом, я буду говорить о сценарном мастерстве. Но сначала я хотел бы поговорить о средстве передачи информации, которое известно, как кино. И, в частности, о средствах передачи информации, которые используются в сценарном мастерстве. И если вы сейчас понятия не имеете, о чем я говорю, через мгновение все станет понятно. Я бы хотел поговорить о том, что такое средства передачи в целом, причем взять весь этот вопрос предельно широко.

Из зала: Средства передачи информации являются самим сообщением.

У.И.: Вы совершенно точно цитируете Маршала Мак Клуина, но в чем суть вопроса?

Из зала: Содержание зависит не только от самого себя, но и от средств, от канала передачи информации также.

У.И.: В данный момент мы будем говорить как выражается этот контент, это содержание, об этом формате. Но в целом, что такое это содержание?

Из зала: Содержание – это то, чем мы хотим поделиться с другими людьми.

У.И.: Это мысль, навык, ощущение или чувство, образ – другими словами, что-то, что находится в моей голове, что я хочу поместить в вашу. Нам нужно подумать обо всех каналах передачи, которые существуют, и которые мы используем, чтобы реализовать эту задачу.

Теперь переходим к нашей основной теме, что средство передачи информации является самим сообщением. И еще одна цитата из Маршала Мак Клуина, которая мне очень нравится: "Одна из тех вещей, о которых рыба не знает ничего – это вода". Потому что у них нет антисреды, которая позволила бы понять им ту среду, в которой они живут. И вы понимаете, что рыба не может составить представление о воде, потому что она все время погружена в нее. И мы точно также не можем воспринять канал передачи информации, потому что мы погружены в контент, мы живем в этом канале информации. Буквально на мгновение представьте себя рыбой, которая погружена в воду. И измените аналогию, представьте себя человеком, который погружен в средство передачи информации. Например, таким каналом является свет, который мы, люди, подчинили для своих потребностей. Слова, которые я говорю – это тоже средство передачи информации, именно в них живут идеи, которые я пытаюсь из своей головы передать вам. Бумага, карандаши, книги – еще один вариант средств передачи информации, потому что именно они являются средством передачи слов, в которые люди облекают свою мысль. Микрофон – тоже такое средство, это технический объект, который позволяет усилить мои слова, чтобы они лучше дошли до вас. То же самое можно сказать о колонках, о камере. Более того, каждый раз, когда мы говорим о средстве передачи информации, мы его создаем. И об этом мы еще будем говорить. И мы абсолютно не сознаем этого, потому что мы постоянно погружены в эту информационную среду: колонки, свет, айфоны, книги, карандаши и блокноты. И единственный способ почувствовать эти каналы информации – если все это мгновенно исчезнет.

Из зала: Как все это связано со сценарным мастерством?

У.И.: До этого мы еще доберемся. Но точно так же, как живописец должен понимать свой холст, так же сценарист или продюсер должен понимать с каким средством передачи информации он имеет дело. Практически у всех есть айфоны, айпады – это одно из самых сложных медийных устройств, которое когда-либо было создано человеком. По сути, этим небольшим девайсом вы можете управлять тем потоком света, для которого человечеству понадобилось сотни тысяч лет. И точно также вы можете воспользоваться словом, на развитие которого также потребовалось сотни тысяч лет, и просто разговаривать с людьми вокруг вас. Вы можете написать рассказ, сценарий, и в мгновение ока, переслать его кому угодно в мире. Вы можете добиться того, чтобы актеры проговаривали ваши слова с экрана, и это стало фильмом. К тем же инструментам вы можете добавить музыку, визуальный, звуковой эффекты. И вы можете разместить фильм в интернете, чтобы весь мир потратил один день и посмотрел этот фильм. По сути, все мы являемся писателями, сценаристами. Это средство передачи информации изменит мир навсегда. Понимание этого канала информации меняется, и будет меняться каждый день, потому что такого технологического чуда у нас еще не было.

Маршал Мак Клуин – это философ, которого я буду цитировать в течение всей этой сессии. Он говорит: мы смотрим в будущее через зеркало заднего вида, и единственный способ предсказать, что будет дальше – проанализировать то, что было в прошлом. Но как нам может помочь зеркало заднего вида, если мы путешествуем со скоростью света? Ведь цифровые технологии именно так и движутся. Все средства передачи информации являются продолжением органов чувств человека, психологических или физических. Мы начинаем передавать информацию с какого-то инструмента.

Здесь вы видите кадры из Стенли Кубрика. Он показывает, как впервые был использован инструмент, именно это создало человека. Итак, у нас есть инструмент, есть нечто, что впоследствии станет человеком, но прежде всего ему нужно рассказать о своей идее, об этом инструменте своим сородичам. Это то, что мы называем экстра-генетической информацией. Большая часть животных знают все, что им нужно знать, через инстинкты. Человек получает большую часть своих знаний путем обучения. Один человек показывает другому как что-либо делать. И это способ передать информацию из одной головы в другую. Все начинается с инструмента: кость, микрофон, камера. Все эти инструменты имеют одну цель. С помощью инструментов мы можем менять мир. И точно также – самих себя. На руке этого обезьяноподобного существа нет противопоставленного большого пальца. За миллион лет работы с инструментами рука изменяется. То есть, инструмент меняет человека. Еще один инструмент – слово. До слов мы еще дойдем, а пока представьте себе вот что: подумайте о чем-то, что для вас действительно важно. Как вы подумали об этом? Было ли это что-то словесное? Если мы используем что-то словесное, мы трансформируем наш мозг, обучаем его мыслить словами. Инструмент, который держит обезьяна в руке, модифицирует ее кисть, инструмент слова также меняет наш разум, камера меняет наш глаз, кинопленка и фильмы меняет то, как мы мыслим наш мир.

Идем дальше. Здесь мы видим, как человек учит соплеменников быть человеком. К сожалению, в данном случае, это значит убить. Фильм немного подрезан, в конце он бросает кость, и она становится космическим кораблем. До этой стадии развития технологий мы еще дойдем. Еще одна мощная технология, которой мы овладели – огонь, свет. Еще одна сцена из фильма "В поисках огня". Здесь одно человекоподобное существо учится у соплеменника как пользоваться огнем. Таким образом, впервые в истории человечества, мы можем использовать свет. Мы больше не являемся пленниками тьмы. И свет – это фильм, его базовый компонент. Следующий элемент, который наиболее важен для сценариста – слово. Мы посмотрим кадр из фильма "Подъем планеты обезьян". Здесь будет потрясающая сцена, когда обезьяна впервые произносит слово. Мы видим, как обезьяна становится человеком, берет инструмент и использует слово как инструмент. Очень символично, что она использует слово "нет", потому что оно означает, что у меня есть мысль, которая отличается от твоей. Как сценаристы, писатели, художники, поэты, все мы говорим "нет", в том смысле, что моя мысль отличается от вашей. Если бы это было не так, тогда не было бы никакого смысла об этом говорить. Мы очень быстро идем по векам, прошли уже несколько сотен лет, и сейчас будем говорить о художественном представлении. О том, чтобы взять идею, мысль, и выразить ее символом. Что такое символ?

Из зала: некое физическое представление идеи.

У.И.: Не обязательно физическое. Например, слово, стихотворение. Мы берем нечто, и представляем, что оно представляет нечто другое. Идея нашей презентации является очень важной. В фильме, если вы не берете что-то, что будет замещать, это будет уже не фильм, а новости, документалистика. В кинематографе мы всегда работаем с символами, потому что мы хотим выразить больше, чем что-то произносится и звучит. Мы берем что-то, что мы видим или слышим для представления того, что находится внутри меня. Таким образом, мы делаем это безгранично, один символ может означать несколько сотен чувств, он может быть значимым для миллионов людей, которые говорят на тысячах языков. Сила фильмов и заключается в том, что они говорят на языке символов. Для меня символ – очень многогранная концепция. Есть очень простые символы, например эти штучки на экране, которые по-английски называются экстра-соматической информацией, и эти слова означают что-то очень конкретное. Они, скорее, знаки, чем символы, но все-таки они представляют что-то, что не является одним и тем же. Слово "информация" не выглядит как сама информация, это символ. Более удачный символ – слово "яблоко". Оно не имеет ничего общего со вкусом, запахом самого яблока, но при этом, когда я говорю слово "яблоко", вы все представляете яблоко. Это базовый символ. Более сложный символ – нечто, что мы называем "герой". При произнесении слова каждому приходит на ум что-то, что ассоциируется с этим словом. Если бы мы сейчас спросили каждого, были бы самые разные примеры, образы. Но при этом будет общее ядро, некое общее ощущение, чувство. И именно такие, более глубокие, символы мы с вами будем обсуждать.

Я очень люблю смотреть такие древние артефакты. Это минимум 30 тысяч лет назад. Что меня завораживает, это в принципе не выглядит как нечто, что могло тогда существовать. Поэтому это символ в чистом виде. Очень часто, когда мы говорим о фильмах, люди нас спрашивают: разве не важно, чтобы фильм был реалистичным? Разве не должны персонажи и сюжет быть реальными? Я так не думаю. Если вы хотите рассказать какую-то реальную историю – ради Бога, но это необязательно, потому что искусство не является в прямом смысле слова чем-то реальным. Искусство символично, фильм символичен, и даже те слова, что я сейчас говорю, являются на каком-то уровне символичными.

Эти два клипа взяты из фильма "Пещеры забытых мечтаний". Фильм посвящен наскальной живописи 30 тысяч лет назад. По сути, даже тогда люди уже были кинематографистами. Пещеры были абсолютно темными, не было никакого естественного источника света. Поэтому им нужно было создавать свет, каким-то образом проецировать его на эти изображения, которые были созданы так, чтобы создать иллюзию движения. Что означают эти изображения, мы не знаем, под ними не было никаких подписей. Мы можем просто посмотреть на них и представить, что они значили для людей того времени. А чтобы составить какое-то представление, нам нужно документальное слово.

Проскочим еще 20 тысяч лет истории. Мы видим рисунки, образы, которые выражают какие-то идеи, чувства. Диаграммы. Это символы, которые представляют какие-то сложные идеи. Каждый рисунок репрезентирует действия, взаимоотношения. Теперь переходим к гораздо более систематизированным логограммам, которые могут использоваться в манускриптах. Это более сложный рисунок, который представляет сложную комплексную идею, подобную предложению. Иероглифы Древнего Египта также были логограммами. Изображенные на камне Розетта логограммы, иероглифы, фонетический алфавит – это три века грамотности. В итоге, мы видим фонетический алфавит. Он является высшей точкой грамотности, именно им мы сейчас пользуемся. С его помощью мы можем взять звук речи и записать в точном виде на бумаге. Это можно называть метасимволизмом, когда мы берем звучащую речь и записываем ее.

Это историческое наблюдение особенно важно для сценаристов. Сценаристы, среди прочего, пишут диалог. Диалог – живая речь. Сценарное мастерство предполагает использование грамотности, и при этом мы понимаем, что письменный язык, по сути, отличается от речи. Письменный язык – визуален, звучащий – ориентирован на слух. Письменная речь, как правило, является предельно точной, а устная – приблизительной. Письменный язык не является временной формой выражения информации, вы можете прочитать это вчера, сегодня, завтра, или вообще никогда не прочитать, а устная речь существует в данном моменте. Как можно взять сиюминутность звучащей речи и записать ее в письменном виде? Это именно то, с чем сталкиваются сценаристы. Как можно взять нечто временное, и сделать его звучащим в настоящем моменте.

Проходит еще тысяча лет. Это писание, письменный текст. Затем мы переходим на ту стадию развития литературы, когда появляются книги печатные. Еще одна мысль Маршала Мак Клуина: "Книгопечатание – это технология индивидуализма". Книгопечатание позволяет создать грамотную культуру, в которой каждый умеет читать. В этой ситуации каждый может записать свои идеи и поделиться ими не только с теми, с кем непосредственно общается, но и со всем сообществом. Если мы пользуемся устной речью, мы можем сказать "нет", но только тем, кто может нас непосредственно услышать. С использованием технологий книгопечатания, мы можем сказать "нет" тысячи раз. С книгопечатанием появляется первая технологическая идея передачи информации. Мы создаем своеобразный конвейер передачи информации. И буквы форматируются, собираются на своеобразном конвейере. Слова используются для массового потребления. Спустя некоторое время появляется еще одна технология – фотография. Это очень старая фотография. Здесь мы видим захват света и перенос его на физический носитель. Печатное слово и фотография дают нам базовые элементы кинематографа.

Переходим к XX веку. Ранние фильмы – это немое кино. Очень много уделялось внимания влиянию передачи информации на человека. Совершенно замечательная цитата Чон Джоу (IV век до н.э.). Он был философом. Прогуливаясь по полям, увидел фермера, который нес ведра с водой на поле. Он сказал ему: "Я могу тебя научить, как построить машину, которая напрямую приведет воду к тебе на поле, и тебе не придется нести эту воду на себе". Крестьянин сказал, что именно этому его научил его хозяин: "Тот , кто пользуется машиной, делает всю работу как машина. И тот, кто работает, как машина, создает себе сердце, подобное машине. А тот, чье сердце подобно машине, теряет всю свою простоту. Человек, который потерял простоту, становится неуверенным в потребностях собственной души". Это было очень важной философской проблемой XIX-XX веков. Как человек может остаться человеком, если он становится частью машины? Средства, каналы передачи информации не только выражали эту проблему, но использовали ту же технологию, чтобы использовать эту мысль.

Еще одна цитата из Маршала Мак Клуина: "Книгопечатание создало национальное единообразие и правительственный централизм. Но также индивидуализм и оппозиционность государству". Книгопечатание создает технологические и индустриальные прорывы, которые мы сейчас имеем. Оно создает машину, частью которой мы с вами являемся. Но при этом книги, который мы читаем, которые мы пишем, создают разум, который говорит "нет" тысячи раз. В том числе, говорит "нет" машине. Поэтому создается конфликт. Машина и противоположность машине. И мы должны с этим работать как сценаристы, продюсеры. Мы полагаемся на технологии, чтобы выразить наши идеи, но также понимаем, что технологии ограничивают наши идеи, формируют их. Средства передачи сообщений являются самим сообщением. И когда мы погружены в канал передачи информации, мы забываем о том, используем ли мы этот канал, или он использует нас. В клипе из фильма мы видим, как кто-то из вне системы попадает в нижний мир, и человек видит эти машины, и воспринимает их как символы. Вот история того, как люди становятся машинами. Создают машины, и жертвуют собой для машины. Это великая история XX века. Она рассказывалась очень по-разному. У Чарли Чаплина это выглядит забавно. Но мысль та же: "не становимся ли мы сами похожими на машины?" Подумайте, сколько времени вы смотрите на экран? Экран телевизора, компьютера, айфона? Подумайте, сколько времени вы уделяете, чтобы посмотреть на реальный мир, и сколько – на экран. И большую часть времени, что вы смотрите на экран – вас никто не заставляет, вы это делаете по собственному желанию, по собственной воле. И это будет великая история XXI века, история цифровой технологии. История того, как мы становимся компьютерами.

Маршал Мак Клуин дает нам хорошую рамочную концепцию для этой идеи: "Мы становимся тем, что мы держим в руках. Мы формируем наши инструменты, а затем наш инструмент формирует нас. Тот инструмент, который мы постоянно держим в руках, становится тем фильтром, через который мы воспринимаем себя и свой мир". Вы видите, как Чарли Чаплин отходит от конвейера, у него сохраняются дергающиеся движения, как будто он по-прежнему работает. Мы точно также становимся тем, что мы воспринимаем. Очень часто это начинает затмевать реальный мир в наших глазах. Вот пример, который актуален в наш цифровой век. Я как-то позвонил подруге, предложил сходить куда-нибудь. Она отказалась, сказала, что нехорошо себя чувствует. На следующий день я увидел в Facebook, что в полночь она выложила фото со своим молодым человеком, и это была, видимо, шумная вечеринка. Что из этого реальность, а что нет? Что было реальностью для нее: эти фото или то, что действительно происходило? Если пойти вечером на пляж, посмотреть на закат, вокруг себя, просто заметьте, сколько людей стоят вокруг вас с айфонами, снимают закат. Что из этого реальность? Почему это надо обязательно снять на видео, повесить в Facebook, почему нельзя просто посмотреть на это? Мы становимся тем, что мы держим в руках.

В момент, когда Чарли Чаплин попадает в машину, а потом выходит из нее, он абсолютно счастлив. Он стал единым целым со своей машиной, и он уже не борется с собой, он полностью отдался ей. По сути, стал своей страницей в Facebook. Но это нереально. Мы, как сценаристы, должны с этим работать. Мы всегда посередине, мы всегда пытаемся понять, что реально, а что – нет. И мы должны создавать истории, которые кажутся реальными, но на самом деле таковыми не являются. Так, чтобы аудитория могла посмотреть историю, и чтобы ей было комфортно, потому что она бы понимала, что это не реально. Чтобы она могла безопасно идентифицировать себя с персонажем, даже если ему будет больно, или он погибнет. И это нормально, потому что это нереально. Это должно быть реально и нереально одновременно – в этом вызов, чтобы написать хороший сценарий. Именно к этому подводят нас новые технологии – эта точка реальности-нереальности. Фильм выглядит так же, как наш реальный мир. И это самый мощный инструмент того, как мы можем играть с реальностью.

Сейчас мы можем говорить о тех трансформациях, через которые проходил кинематограф. Маршал Мак Клуин говорит о распадании родоплеменных отношений. Это понимается метафорически: "Специализированные технологии лишают нас племенной ментальности. Грамотность является одной из таких специализированных технологий". Когда мы пишем, читаем, мы оказываемся во внутренних чертогах нашего разума. Книга эта является только вашей в вашем разуме. В то время как неспециализированные, электронные технологии возвращают нас обратно к племенной ментальности. И электронная технология является неспециализированной, потому что каждый человек может пользоваться ею. Кто угодно может говорить в микрофон, может посмотреть фильм, телевизор, слушать радио. И это создает массовую аудиторию, которая отличается от аудитории книгопечатания. Таким образом, это создает племя. Точнее, заново создает впечатление причастности к племени. Использую фильм, как более удачный пример. Звук создает аудиторию. Когда к кинематографу добавился звук, пришел эмоциональный элемент, которого раньше не было. И это не совпадение, что одним из первых звуковых фильмов был "Джазовый певец". Это фильм о музыке, о пении. Это немое кино, но есть вставки, где Уолл Джонсон поет. И я покажу вам сцену, где впервые в истории кинематографа появляется звук, и люди не только смотрят, но и слушают. Сейчас это обыденно, но 90 лет назад это было очень мощно.

Еще одна мысль, которую хочу подчеркнуть. 1927 год. Звук этот – новая технология в кинематографе, примерно как цифровые технологии – сегодня. Поэтому мы можем снова посмотреть в зеркало заднего вида и прикинуть, что происходило, когда появился звук. В этих двух фильмах вы же обратили внимание на разницу в актерской игре Чарли Чаплина и Уолла Джонсона. Чаплин был вынужден выражать все собственно телом, это была физическая актерская игра, и он был самым лучшим. Иногда Чарли Чаплин снимал сцену задом наперед, и говорил монтажеру показать ее так, как она должна быть. Настолько он был мастером физического действия. Дальше, нам уже не нужна такая мощная физическая работа, мы можем выражать все словом и звуком. Маршал Мак Клуин говорит об этом с точки зрения выхода из употребления, устаревания. Каждая новая технология выводит из употребления существующую. Звук сделал физическую игру Чаплина устаревшей, и он уже не мог снимать свои фильмы. E-mail, цифровые технологии вывели из употребления факс, печатную машинку. На самом деле, эта ситуация гораздо глубже. Мгновенный доступ к информации через интернет по сути сделал память устаревшей. Назовите 10 европейских столиц – мы сильно задумаемся, кто-то, может, даже сдастся. По мере того, как мы движемся в сторону мгновенного доступа к информации, мы забываем, что такое память, что такое терпение. Но при этом мы получаем нечто другое: мгновенный доступ и возможность единовременной переработки больших массивов информации.

Мак Клуин: "Устаревание никогда не означает конца, всегда означает начало". Фильм "Артист", который появился несколько лет назад, как раз посвящен тому, как кто-то устаревает. Актер немого кино с появлением звука сам стал устаревшим. Многие сейчас становятся устаревшими. Если вы не на Facebook, то вы устарели для многих людей. Если вы не пользуетесь электронной почтой, бродить по интернету – вы устарели. В этом фильме прекрасно отражена борьба человека, который в свое время устаревает.

Хочу поговорить о том, как люди становятся одним целым со средством передачи информации. Я думаю, в этом заключается конечная цель сценариста и режиссера – добиться того, чтобы экран растаял. Это происходит по причине потребности зрителя. Если вы можете создать такой фильм, тогда вы создадите тот канал передачи информации, который впустит зрителя в фильм. Этот персонаж нереален, но мы хотим, чтобы он был реальным. Он реален только для одной этой женщины, потому что ей нужно, чтобы он был реален. Посмотрим отрывок из фильма "Сет". Он отражает идею, как средства массовой информации, особенно телевидение, могут захватить наш разум, и начать думать за нас. Этот фильм посвящен истории ведущего новостей, который очень быстро начинает сходить с ума, но он сохраняет работу, потому что его сумасшествие поднимает рейтинги программы. Вот какова сила средств массовой информации. Мы смеемся, потому что чувствуем, что это может быть правдой. Голос на экране достаточно громкий, он достигает нас на каком-то уровне, и становится голосом наших собственных мыслей. И это заменяет наши мысли. И мы снова становимся частью машины.

Еще один фильм "Король комедии", совершенно замечательный. Был снят где-то 25 лет назад. Роберт де Ниро играет персонажа, с которым мы можем себя идентифицировать. Он одержим средствами передачи информации, СМИ, и хочет быть комедийным актером. По какой-то причине, он думает, что пока не окажется на телевидении, он не будет считаться реальным человеком. Для него телевидение становится более реальным, чем сама реальность, и он не может жить сам с собой, пока не станет частью этой реальности. В этой сцене он записывает себя на пленку, чтобы добиться роли в комедийном телешоу, которое идет поздно вечером. Потрясающий режиссер показывает нам, что происходит в разуме персонажа. Вот так выглядит его мозг внутри. Как будто он находится внутри этой коробки. Единственное, что для него реально – жизнь за пределами экрана, сквозь экран. Когда этот фильм появился, люди задавали себе вопрос: как человек может жить, видя реальным только экран. Сейчас мы понимаем, что практически вся наша жизнь протекает на экране. В этой сцене мы видим концовку фильма: персонаж, чтобы добиться своего появления на экране, вынужден был похитить ведущего. Он сказал, что не отпустит его, пока его не покажут по телевизору. Это как раз та ситуация, когда СМИ оказываются больше, чем сама реальность.

закрыть
Обратная связь
Форма обратной связи
Прикрепить файл

Отправить

Яндекс.Метрика

Следите за новостями:

Больше не показывать