17 сентября, 2015

Пернатый рестарт: как в Москве реабилитируют хищных птиц

Поделиться в социальных сетях:

Фото: m24.ru/Лидия Широнина

Хищной птицей, оказывается, быть не так просто. Тебя может купить горе-охотник и посадить в клетку – на верную смерть, – или уличный фотограф, который будет зарабатывать на тебе деньги, предлагая прохожим "сняться с птичкой" за 100 рублей. Еще со всех сторон подкарауливают опасности: линии электропередач, стаи ворон, проносящиеся по трассе автомобили, не говоря уже о злых людях.

Верному, Москве, Алтуше, Царю и другим пернатым, живущим в реабилитационном центре для хищных птиц в Сокольниках, крупно повезло. Их давно уже могло не быть в живых. В орнитарии исправляют ошибки горе-охотников и возвращают к жизни рожденных летать – тех, которые были лишены возможности вновь подняться в небо.

Сотрудник центра Валентина Рудкина рассказала m24.ru, как птицы попадают в орнитарий, почему некоторых из них нельзя отпускать на волю и можно ли дружить с ястребом.

Фото: m24.ru/Лидия Широнина

О себе

"Я влюблена в хищных птиц, еще мне очень нравится их рисовать. В орнитарий я пришла как раз для этого. Мне в первый же день предложили стать волонтером, я согласилась. Это было год назад. Я мечтала здесь работать, и недавно мне предложили остаться, устроиться на полставки. Я кормлю птиц, убираю за ними. Хозяйство у нас большое.

Дома у меня тоже живут птицы – волнистый попугай и дубонос из семейства вьюрковых (то же семейство, что и снегири – прим. m24.ru), которого я принесла из орнитария".

О тяжелой судьбе птиц

Верный

"У нас живет сокол-чеглок по кличке Верный. Он был куплен какими-то горе-охотниками-сокольниками. Они его посадили в клетку, а этого с хищными птицами делать нельзя, потому что у них атрофируются мышцы. Крылья у Верного теперь не работают. Еще у него на теле образовались бляшки, все это очень сложно вылечить. Хозяева Верного сами нам его принесли. Летать он уже не сможет, будет жить у нас. Когда есть время, мы с ним гуляем по территории, чтобы он хоть немножко двигался".


Москва

"Еще одного чеглока по имени Москва спасли в прошлом году на День города. Ее окружили вороны и начали клевать. Мы думали, что птица погибнет. Принесли ее к нам с вытекающими глазами. В итоге Москва потеряла зрение, но выжила, и теперь прекрасно живет, питается, двигается, даже может летать. К Москве приходят люди, которые ее спасли, гуляют с ней".

Алтай

"Из серьезных хищников у нас живет орел Алтай, у него тоже непростая судьба. Он был изъят у фотографа, который на нем зарабатывал деньги. У Алтая обнаружилось серьезное заболевание, в орнитарии его вылечили. Он может летать, но высоко не поднимается, потому что он неразлетанный, ведь он сидел в неволе у фотографа. Мы обычно сажаем Алтая на полетный трос, чтобы он мог хотя бы немного полетать. Была идея выпустить Алтая в заповеднике, но его надо учить охотиться, и есть большая вероятность, что в дикой природе он не выживет".

Князь

"Ястреб Князь – тоже очень серьезный, кстати, товарищ – попал к нам зимой с дыркой в крыле. Приезжал врач, делал операцию. Потом пришлось все равно везти Князя в клинику, где ему поставили спицу в крыло, потому что кость, видимо, не срасталась".

О содержании птиц

"Когда птица к нам попадает, мы ее отправляем на карантин, потому что у нее могут быть инфекции. Две недели птица сидит на карантине, ее приходит смотреть врач (орнитарий сотрудничает со специализированной ветклиникой для птиц – прим. m24.ru). Лечим, следим за состоянием, пересаживаем в вольер. Каких птиц можно отпустить, орнитарий потом выпускает на волю. Вообще врачи-орнитологи – очень редкие специалисты. У птиц очень сложный организм, много болезней. Попадаются и неизученные случаи – чего только не бывает.

Кормим мы птиц в основном цыплятами, перепелками, крысами. Суточных цыплят покупаем на фабрике в замороженном виде. Перепелок разводим у себя. Иногда птицам приходится давать еду в живом виде – перед выпуском им обязательно нужна живая добыча. Но это довольно редко и когда рядом нет посетителей".

"Посетителям мы всегда говорим, чтобы не пугали птиц, часто приходится всякие палки отбирать. Люди разные. Бывает, что ребенок подойдет и долбит по сетке, а родители стоят спокойно, пока не скажешь: "Вы штраф приготовили 5 тысяч рублей?".

Кормить птиц мы не разрешаем, потому что они из-за этого погибают. Однажды гусей так закормили. Когда большой поток людей, сложно уследить – люди чуть ли не шоколадки просовывают. Хищных птиц, которые едят мясо, пытаются хлебом кормить через сетку".

Кто и как попадает в орнитарий

"Приносят нам, в основном, простреленных птиц – у кого либо крыло, либо тело прострелено. Бывает, что птицы сами натыкаются на ветки, особенно часто это происходит с молодыми ястребами. Ястреб-тетеревятник ведь очень маневренный, летит сквозь ветки в лесу. У него даже есть своеобразные валики над глазами для защиты от повреждений.

В общем, когда птенцы ястребов начинают учиться всей это маневренности, они периодически налетают на сучки. А бывает, что птица охотится, летит в азарте за добычей и натыкается на ветку. Выжить ей потом в природе очень сложно.

Много птиц гибнет на линиях электропередач. Наш аист Лея так пострадала, у нее обгорело крыло. Летать она уже не будет. Есть ястребы, которые получили травмы, врезавшись в машину: летели низко над дорогой. А на днях принесли козодоя (ночная птица из семейства настоящих козодоев – прим. m24.ru), он попал в радиатор.

Изначально орнитарий создавался как реабилитационный центр для хищных птиц. Теперь у нас тут разные птицы живут – многих брали для экспозиции, чтобы посетителям было не скучно. Есть голуби, фазаны, гуси, утки, куры. Одна женщина принесла нам ворону – не смогла держать дома, – и платит деньги за ее содержание.

Из редких птиц у нас живет, например, дербник – мелкий сокол. Серебристую чайку (занесена в Красную книгу – прим. m24.ru) однажды приносили, мы ее выпустили в прошлом году на Москву-реку".

О выпуске птиц

"Если птица родилась в неволе, ее уже нельзя выпускать: она прилетит обратно. Вообще птицы иногда возвращаются, у канюков это бывает. Если с птицей много занимались, есть вероятность, что она вернется.

В прошлом году орнитарий выпустил на волю больше 40 птиц, среди которых были не только хищники, но и стрижи, например. Правда, мы стрижей стараемся не принимать, потому что с ними все очень сложно: в основном у них бывают переломы крыльев, а с переломами они не живут.

Иногда может год пройти, прежде чем мы выпускаем птицу – все зависит от травмы. У нас был ястреб-тетеревятник, которого мы смогли отпустить только через два года. У него была нарушена психика, потому что люди над ним поиздевались – отрезали ему перья и приколотили к забору. Заниматься с ним приходил мальчик. До ребенка ястреб вообще никого к себе не подпускал".

О дружбе с ястребом

"У всех птиц характеры разные. Я, например, дружу с одним ястребом. У него характер вообще золотой. Его голубеводы поймали, отрезали ему перья. Ястребы-тетеревятники любят голубей хватать: вычисляют голубятню и "пасут" ее, таскают оттуда голубей.

Люди потом могут мстить хищнику. То, что птице отрезали перья, это еще не так страшно, потому что они потом отрастут. В худшем случае птиц приколачивают к забору – распятие такое своеобразное. И птица истекает кровью. Садизм, к сожалению, распространен".

О травмах

"У меня никогда не было страха перед птицами, я как раз сама всегда боялась их напугать. Когда мы клювы птицам точим, бывают царапины, но это ерунда. К нам тут принесли канюка (птица из семейства ястребиных – прим. m24.ru), я его осматривала, и он меня ухватил будь здоров, я даже заклеивала руку себе.

Любая птица может ухватить клювом, но в первую очередь их оружие – это лапы. Меня однажды Царица, самка тетеревятника, так лапой взяла, что дырки остались. Но заживает очень быстро. Да и потом такое чувство приятное, когда общаешься с хищником, даже если он садится на тебя когтями.

Я сама соколиной охотой не занимаюсь, мне просто нравится общаться с хищными птицами, рисовать их, наблюдать за ними. Они очень красивые".

О дрессировке птиц

"В соколиной охоте есть такое понятие – вынашивание. То есть вы ходите с птицей, держа ее на руке. Она к вам привыкает, а вы к ней. Обычно для вынашивания используются перчатки, чтобы не поцарапать руку. Хотя маленьких соколков можно и так носить на руке. Может просто царапина остаться, как от кошки.

Конечно, чтобы птица тебе доверяла, нужно в идеале с ней проводить 24 часа в сутки. Сокольники – люди очень специфические. То есть если человек этим занимается, у него на первом месте – птица и уход за ней, а потом уже все остальное".

Школа юного орнитолога

"Помимо экскурсий в орнитарии есть школа юного орнитолога, в основном туда ходят дети от 10 лет. Сначала они носят птицу на руке, пока она не начнет доверять человеку, потом ее начинают кормить с руки. Это уже полное доверие. Далее она начинает прилетать на руку за кормом. То есть ее подзывают по имени, и она подлетает. Чаще всего дети начинают заниматься с совами, потому что они более спокойные.

Занятия в школе индивидуальные. Дети приходят, когда у них есть свободное время. Для многих общение с птицей полностью меняет представление о жизни".

Сюжеты: Интервью: Город , Тренды города: все, что волнует столицу

Поделиться в социальных сетях:

закрыть
Обратная связь
Форма обратной связи
Прикрепить файл

Отправить

Следите за новостями:

Больше не показывать
Яндекс.Метрика