IKEA продлила право на товарный знак IKEA Family в России, а LEGO – на "Лего" на русском языке, сообщили в Роспатенте. Обе компании официально ушли из РФ в 2022 году. Ждать ли возвращения западного бизнеса и как это скажется на покупателях, разбиралась Москва 24."Чуть ли не плакали"
Фото: 123RF.com/abdulrazaklatif
Шведская компания IKEA
продлила право на товарный знак IKEA Family в России до сентября 2036 года. По данным Роспатента, исключительное право истекало в сентябре 2026-го, однако правообладатель – компания "Интер Икеа Системс Б.В." – подал заявление о пролонгации, и ведомство его удовлетворило.
Под этой маркой в стране разрешено продавать мебель, зеркала, товары для дома и кухни, посуду, ковры, игрушки, одежду, обувь и парфюмерию. Вместе с тем в марте 2022 года IKEA
приостановила все продажи в России, а в июне того же года
заявила, что не видит возможности возобновить их в обозримом будущем.
Похожий шаг ранее сделала датская компания Lego: производитель игрушек также продлил исключительное право на товарный знак "Лего" на русском языке до 2036 года, выяснил корреспондент
ТАСС. Регистрация охватывает право на продажу игр, игрушек, спортивных товаров и елочных украшений. Однако в 2022 году Lego также
приостановила поставки в российские магазины из-за санкций.
Ранее Владимир Путин отметил, что Россия стремится создавать благоприятные условия для иностранных компаний, которые решили остаться работать в стране.
"Когда уходили под давлением западноевропейских правительств некоторые компании, чуть не плакали наши друзья из этих стран", – сказал президент в интервью журналисту ИС
"Вести" Павлу Зарубину.
В то же время понемногу оживает деловая активность между РФ и США. Ранее глава Белого дома Дональд Трамп
сообщил о договоренности с Владимиром Путиным о поставках российского дизельного топлива в США и на мировой рынок. Также президент США не раз говорил журналистам, что хочет расширить бизнес с РФ после завершения конфликта на Украине.
Исходя из этого
эксперт банковского рынка Андрей Бархота в беседе с Москвой 24 предположил, что начало инвестиционного ренессанса будет связано с ростом деловой активности именно по линии США – РФ.
"Нельзя исключать, что сразу после ощутимого прогресса в мирном урегулировании американская сторона будет иметь возможность отмены большей части санкций", – сказал он.
Эксперт отметил, что со стороны США наиболее вероятно возвращение автомобильных брендов, энергетических компаний, а также производство товаров широкого потребления на территории России. Со стороны ЕС – это автомобили, мебель, одежда и розничная торговля.
"Разрушить было легко"
Фото: РИА Новости/Кирилл Каллиников
Маркетолог Игорь Новиков также отметил, что возвращение западного бизнеса в Россию – вполне реальный сценарий. Однако ждать массового открытия магазинов и восстановления рынка в том виде, в котором он был в 2022 году, пока крайне преждевременно.
"Россия остается интересным местом сбыта. Уход западных компаний означал не только потерю текущей выручки, но и клиентской базы, выстроенной логистики, инвестиций в узнаваемость бренда и рекламу. Поэтому коммерческая заинтересованность в возвращении компаний, безусловно, сохраняется", – отметил он в разговоре с Москвой 24.
Однако он обратил внимание, что заинтересованность и готовность – совершенно разные вещи.
"Мы говорим не только о потенциальной прибыли, но и о санкциях, возможности проведения платежей, юридических рисках, позиции головного офиса и так далее. В ближайшей перспективе я больше ожидаю возобновления отдельных деловых связей и торговых операций, чем массового возвращения международных сетей", – указал эксперт.
Эксперт также отметил, что пролонгация на 10 лет – установленный законодательством срок, а не горизонт бизнес-планирования.
"То есть это абсолютно не означает, что IKEA или Lego собираются открываться где-нибудь через год, 5 или 10 лет. На мой взгляд, компании сохраняют право вернуться, но это не означает, что они приняли соответствующее решение: возможно, они защищаются от дальнейшей конкуренции", – пояснил маркетолог.
По его словам, несмотря на российско-американские сделки и достигнутые в их результате договоренности, пока они связаны, прежде всего, с возобновлением поставок российского дизельного топлива.
"Представители американских компаний тоже говорят о том, что когда-нибудь будут возможны запуски новых проектов. С точки зрения бизнеса это важно: появляется практика взаимодействия, которую при благоприятных обстоятельствах можно распространить на другие отрасли. Но здесь нельзя ни в коем случае переносить российско-американские договоренности на европейские: у последних могут быть разные политические, санкционные, корпоративные ограничения", – отметил Новиков.
На сегодняшний день некоторые американские компании в отдельных секторах могут раньше начать работать с Россией, но это не говорит о том, что шведские, датские, немецкие, французские и прочие бренды вернутся так же быстро, добавил он.
"Если говорить о том, кто может сделать это первым, то, прежде всего, я бы рассматривал компании, которым не надо заново строить заводы, создавать большую розничную сеть или вкладывать миллиарды рублей в инфраструктуру. Скорее, это отдельные поставщики потребительских товаров, косметики, парфюмерии, одежды, обуви, игрушек, вещей для дома и так далее – но при условии, что поставки окажутся юридически разрешены", – подчеркнул эксперт.
Фото: depositphotos/maxoidos
По его словам, на сегодняшний день самая простая модель не открытие собственных монобрендовых магазинов, а возобновление поставок через российскую сеть дистрибьюторов.
"Фактически мы получаем более дешевый параллельный импорт. Но реальными игроками я бы все-таки назвал не потребительские бренды, а сырьевые, энергетические, промышленные организации, потому что отдельные крупные контракты для них более привлекательны, чем для розничного бизнеса", – сказал маркетолог.
При этом эксперт подчеркнул, что возвращения той же IKEA в прежнем формате ждать не стоит, потому что фактически компания демонтировала российскую инфраструктуру, продала активы, и рыночные ниши заняли другие участники. Возврат к состоянию 2022 года потребует огромных вложений с непонятным сроком окупаемости, и неизвестно, готова ли компания к такому риску.
"Похожая ситуация с McDonald's: российский бизнес работает под самостоятельным брендом, он сделал собственную клиентскую базу, поставщиков, систему управления. Возвращение американской сети потребовало бы довольно сложных экономических и юридических договоренностей, хотя все возможно. То же самое касается и автопроизводителей: здесь речь не просто о поставках автомобилей, но и о заводах, сервисном обслуживании, запасных частях, программном обеспечении, партнерских отношениях", – пояснил Новиков.
Однако при всем негативе эксперт не стал утверждать, что какая-то компания точно никогда не вернется в Россию. Бизнес-планы, международные условия, привлекательность инвестирования и прочие моменты могут достаточно быстро изменяться.
"Возвращение официальных поставок – это расширение ассортимента, более предсказуемое качество обслуживания, возможность получать официальную гарантию. В целом рост конкуренции для российского потребителя – всегда позитивная новость, потому что это положительно влияет на цены, качество продукции и уровень сервиса. Чем больше игроков на рынке, тем больше им приходится бороться за покупателя, давать лучшие условия", – отметил он.
Но одновременно с этим нельзя говорить, что с возвращением ушедших брендов автоматически будет откат цен на уровень 2021–2022 года. Это связано с изменениями логистики, валютных курсов, расходов компаний и структуры рынка.
Еще один принципиальный момент: западные бренды вернутся не на пустой рынок, подчеркнул эксперт.
"Есть рост российских производителей, усиление торговых сетей, маркетплейсов, также часть спроса оказалась у компаний из других стран. Надо будет увеличивать конкуренцию", – объяснил он.
Потенциально возвращение западного бизнеса окажется не восстановлением прошлого, а новым этапом конкуренции за российского потребителя, заключил Новиков.
Зудакова Татьяна