Армейские истории: чем занимаются российские солдаты

К 23 февраля мы попросили бывших армейцев рассказать о своих впечатлениях от службы и развенчать мифы о несъедобной еде и покраске травы. Есть ли дедовщина в современной армии, чем занимаются солдаты "музроты" и каково было охранять режимные объекты во время Августовского путча – читайте в материале m24.ru.

Фото: m24.ru/Александр Авилов

Бой курантов и пробежки по Тайницкому саду

Журналист и путешественник Станислав Щербаков стал солдатом Президентского полка весной 2008 года. Призывался он из Москвы, хотя родился в двух тысячах километрах от столицы – в городке Миасс Челябинской области.

"Первое впечатление о службе сейчас не вспомню, а вот впечатление от того, как впервые увидел Кремль, еще до несения службы в нем, – неизгладимое. Я шел, кажется, из Булгаковского дома по Тверской к Охотному ряду, был вечер, и вдруг показались яркие рубиновые звезды на башнях, подошел к кремлевским стенам из красного кирпича, к Спасской башне, забили куранты. Действительно, очень впечатляет, когда видишь эту крепость вблизи в первый раз в жизни.

Надо сказать, что именно служба в Кремле помогла мне полюбить Москву, этот большой город. Некоторые места в нем стали уже частью моей жизни, Александровский сад, например. Это самое любимое место в Москве! С ним связано очень многое: и минуты радости, и тоски, и влюбленность, и встречи с друзьями. В день полка, 7 мая, каждый год встречаемся здесь с сослуживцами. Это хорошая полковая традиция, объединяющая кремлевцев со всей России. Можно встретить тут и ветерана, который служил в Кремлевском полку еще во времена Советского Союза. Или сослуживцев, которые живут в Западной Сибири, в Тюмени или в Омске, и которые специально ради этой встречи покупают билет на поезд, три дня едут в столицу, чтобы вновь пройти в Кремль через Кутафью башню, вспомнить свою службу.

Станислав Щербаков. Фото предоставлено автором

Служба в сердце России – это удивительно. Ну, представьте, вы идете в наряд, слышите бой курантов. После отбоя смотришь в окно и видишь гуляющих по Александровскому саду людей, огни Воздвиженки. А на зарядку выбегаешь из Арсенала, который строили по приказу Петра Первого, бежишь в Тайницкий сад, когда Москва еще спит.

День на службе проходил так. После воинского будильника "Рота, подъем!" – пробежка и зарядка, дальше умывание, чистка зубов, туалет, заправка кроватей, завтрак. Потом командир взвода обучает солдат всему, что касается охраны Кремля, документации, примерно как в вузе, с проверкой знаний, с зачетами. Это такая зубрежка секретных сведений, которые, конечно, забываются после службы, а вот, например, что такое мерлоны или прясла, сколько башен в Кремле и как они называются, вспомнит, наверное, любой кремлевец. Основная и самая ответственная задача – охрана самого Кремля, охрана самолетов первых лиц нашего государства и иностранных государств во Внукове, охрана мавзолея Ленина. Это то, чем солдаты заняты ежедневно.

В армии излюбленное занятие – наводить порядок. Если дело касается кровати солдата, то она должна быть заправлена красиво, ровно, а подушка по кремлевской традиции должна быть обязательно квадратной. Комната должна быть идеально чистой, полы и окна вымыты, стены побелены. Все должно быть на своем месте. Сам солдат должен выглядеть хорошо и опрятно. Вот это постоянное «наведение порядка» может показаться странным. Мне и самому отчасти так казалось. Но в этом есть разумное зерно. Когда становишься более зрелым человеком, то приходит понимание, что порядок наводить нужно всегда и везде, и начинать нужно с собственной головы.

Кормили нас неплохо. Никаких особенных изысков у нас не было, но это совершенно нормально для армии. На ужин, помню, нам постоянно давали горбушу с пюре – а рыбу я люблю, поэтому ел с удовольствием. Иногда с ребятами вспоминаем про солдатское "пирожное": на кусок батона намазывали сначала сливочное масло, затем сырок, кажется, "Дружба", кто-то вареное яйцо сюда же клал, и накрывали вторым куском. На самом деле очень вкусно. Дедовщины в той форме, о которой мы знаем из фильмов из 1990-х, не было. Со стороны офицеров неуставные отношения с солдатами в современной армии, мне кажется, исключены полностью. А отношения между солдатами... Ну, представьте, сто парней, кто-то из деревни, кто-то из Москвы, кто-то с высшим образованием, кто-то со средним, живут бок о бок целый год вместе. С кем-то складывается очень крепкая мужская дружба, почти братская. Но конфликтные ситуации, понятное дело, тоже случаются, и, на мой взгляд, они приходят с солдатами с улицы. Да и сами офицеры следят за солдатами. В нашей роте, например, перед каждым отбоем обязательно проводился тщательный телесный осмотр.

Вообще, Президентский полк особенный в том плане, что окончивший службу уезжает домой не просто дембелем, а кремлевцем. Кремлевец – это такое неофициальное гордое звание, которое остается с человеком на всю жизнь. Если судьба распорядилась так, что год жизни был прожит в самом сердце России, где ковалась отечественная история и принимались самые сложные решения, касающиеся судеб всего нашего народа, то нельзя пустить свою жизнь по ветру, на самотек. Это звание ко многому обязывает".

Мелкая уголовка и межгарнизонный КВН

Яков Забарский. Фото предоставлено автором

IT-консультант Яков Забарский почти все время службы придумывал шутки, играл в КВН и репетировал песни с битбоксером и гитаристами. На 9 мая служебный ансамбль отправили в дом престарелых в форме времен ВОВ.

"Служил я в Подмосковье в роте связи. Как у большинства людей, у меня были стереотипные ожидания, связанные с дедовщиной, землячеством и прочим. Мы выезжали из главного военкомата Московской области в 23:00, провели там весь день, поэтому одежды по размеру уже не было: обувь либо 37, либо 46 размера, с остальным так же. Нас уверили, что в части сразу поменяют. Примерно в течение месяца мы брали одежду тех, кто увольнялся, что-то приходилось покупать. Но на присягу надо было идти именно в новой парадной форме. Кепки у половины роты были таких размеров, что при повороте головы по командам "Ровнясь/Смирно" козырьки продолжали смотреть вперед, а голова вращалась внутри. Смотрелось это эпично.

В роте молодого пополнения (РМП) я пробыл около месяца, мы занимались строевой и физической подготовкой, репетировали песню к присяге. Этот месяц был как день сурка. После присяги всех распределили по ротам, дальше началась служба.

Старослужащие делились на две категории. Первая – отцы, передающие опыт. Опыт был как полезный, так и не очень. Нередко советы попахивали мелкой уголовкой (где украсть что-нибудь нужное и хорошее, как это грамотно переписать на себя). В армии к воровству относились обыденно, нет "военного имущества" – между ротами этого было меньше, но между батальонами сплошь и рядом: сливали с машин соляру (бесплатную!) и так далее. Старослужащие первого типа постоянно сокрушались, что нас нельзя бить, ведь процесс обучения шел бы быстрее. На самом деле и их никто не трогал, просто они так чувствовали себя опытными воинами.

Второй тип старослужащих – парни, просто ждущие увольнения. Они не занимались ничем, на учениях летом лежали и загорали, на учениях зимой сидели в машинах и ждали приема пищи. Они не сокрушались, если вся рота была наказана, например, бежала 5 километров или отжималась до последней капли пота, никого не винили. Глядя на них, казалось, что они тибетские монахи. Увольнялись они спокойно, не расшивали форму побрякушками по ночам, не отдавали "дембельский аккорд", крася стену или бордюр. В какой-то момент они надевали гражданскую одежду и просто уходили.

Служба связиста заключалась в том, чтобы собрать на учениях радиостанцию. Для этого ее нужно было туда как-то транспортировать. Поэтому механики чинили машины, все остальные подметали гаражи, носили аккумуляторы, осушали лужи и так далее. Знания физики процесса не было даже у офицеров.

После двух "насыщенных" месяцев в роте в части поменялся замполит, и первым делом устроил смотр творческих людей. Он обожал все: музыку, танцы, КВН, анекдоты, многое прочее. Часть людей уже видела себя в ближайшем будущем старослужащими второго типа, но мне было откровенно скучно. Я собрал команду КВН, со мной в роте был парень, который тоже им лет пять занимался, мы отредактировали материал под армейскую тематику и бомбанули. Может, это и не было так здорово, как кажется, но точно выигрывало с большим отрывом у всех остальных.

Меня назначили "старшим по КВН" в части, в мои обязанности входило писать материал с сумасшедшей продуктивностью с утра до вечера. У обычной команды КВН максимум 5–6 игр в сезоне, на каждой игре где-то 15 минут материала, итого 1,5 часа в год. Я и моя команда (мне разрешили устроить дополнительный кастинг и набрать актеров и авторов) должна была выдавать минимум полчаса материала в неделю. По воскресеньям у солдат выходной, у нас был клуб с актовым залом. Сюда и отправляли солдат отдыхать побатальонно (три батальона в части). Каждое воскресенье мы крутили свою программу три раза.

КВН дополнялся выступлением группы (у нас было два гитариста, один шикарный сологитарист, клавишник, ударник, даже битбоксер). Оборудование привезли свое и "творили". Когда наступал творческий ступор, включали фильмы, забивали как раз два часа.

Мы сколотили коллектив и стали гастролировать: давали концерты на разных площадках в Подольске (включая ДК – выступали на следующий день после "Арии"), участвовали в межгарнизонном КВНе (есть и такой).

Самый запоминающийся момент – Новый год. Трое из нас были Снегурочкой, дедом Морозом и парнем с гитарой. Я был Снегурочкой, поэтому у меня остались довольно странные фотографии с того Нового года. Мы написали новогоднюю армейскую песню и три часа ходили по всем уголкам части и поздравляли солдат и офицеров".

Безумие, деградация и "мамки"

Александр Свешников. Фото предоставлено автором

Разработчик Александр Свешников окончил факультет авиационного вооружения Военно-воздушной инженерной академии им. Жуковского и после окончания вуза в 2007 году по распределению уехал служить в авиационный полк недалеко от Уссурийска. От времени, проведенного на службе, у него остались в основном негативные впечатления, и он очень рад, что смог уйти в гражданские раньше срока.

"Служба моя началась с момента поступления в Жуковку в 2002 году. Военный вуз – это не военная кафедра, тут было все: уборка территорий, наряды по столовой, патрулирование, вечерняя поверка в казарме и прочие радости. В то же время приходилось учиться, сдавать зачеты, лабораторные работы.

Пять лет академии пронеслись незаметно. Я помню этот разговор с курсовым офицером перед выпуском:
– Куда ты хочешь поехать после выпуска?
– Я хочу остаться в Москве.
Офицер громко рассмеялся, но вдруг до него дошло, что я говорю вполне серьезно, и он с разочарованием произнес: "Ну ладно, понятно".

Затем секунда выпускного и йуухуу – я лечу на Дальний Восток! Пока лечу, вспоминаю выпускной. Офицер видит мою девушку из Санкт-Петербурга, и говорит: "Что же ты не сказал что у тебя девушка красивая? Я бы тебя в Москве оставил!".

Следующий кадр: я бреду по пыльной гравийной дороге, волоку за собой два огромных чемодана, которые довольно сильно пострадали при перелете и практически разваливаются. Я понимаю, что это все: дальше нет курсовых офицеров, начальников – никого, кому я в принципе тут интересен. Вокруг только село. Мое замешательство замечает случайная пожилая женщина, которая, вероятно, догадалась, что никто меня тут встречать не собирается. Она подошла, пригласила "зеленого солдатика" домой, накормила ужином и, кажется, даже оставила переночевать. Наутро мне рассказали, что, скорее всего, мне нужно поехать в ближайший полк, и показали, где сесть в грузовик или автобус, чтобы дотуда добраться.

Через неделю меня определили и внутри самого полка. Работа заключалась в настройке/ремонте авиационного прицельно-навигационного оборудования. Еще через пару месяцев я понял, что мне здесь не место. Отчасти сыграло роль мое полное отсутствие интереса к боевой авиации, но по большей части – безумие.

Армия – это безумие. Я всегда ценил свободу в мыслях и действиях. Но здесь приходилось подчиняться всяким глупостям, более того, люди самостоятельно начинали себя во всем ограничивать, "потому что так принято". Я бы назвал это деградацией. Здесь все пили и курили. Поверьте, книга Аллена Карра "Легкий способ бросить курить" – ничто по сравнению с эффективными армейскими методами. Я бросил курить и пить просто из принципа, потому что не хотел быть таким, как все вокруг.

У многих сослуживцев были жены, которые поехали с ними, жен называли "мамками". "Мамка" наругает, что напился, "мамка" наругает, что поздно пришел. Многие пары разводились: женщины вообще редко ценят нищету, алкоголизм и разруху. То место, где я жил, я до сих пор называл бы только словом "дыра", близ одного только Уссурийска находится четыре тюрьмы, дети там с раннего возраста начинали говорить "по фене" и слушать блатняк. Порой военного отправляли в еще более глубокую дыру – в общем, "мамки" не выдерживали, и брак часто распадался.

В армии я почти не выходил из общаги – мне посчастливилось найти человека, который бесплатно дистанционно стал обучать меня вэб-разработке. Я читал много книг и учился. Когда я точно понял, что служба – это не мое, то стал искать пути побега. Я был обязан отслужить пять лет, но всегда есть законные лазейки. Сначала я поговорил по-человечески с начальниками, однако это, как и все логичные способы уйти, не помогло. Я старался вести себя так, чтобы не к чему было передраться, всегда очень точно выполнял инструкции и добросовестно работал, ходил в наряды. Опущу подробности, скажу только, что через 2,5 года меня с благодарностью уволили из армии.

Вот уже лет восемь я работаю разработчиком, сейчас руковожу отделом в крупной российской интернет-компании, пишу песни и стихи. Что я могу теперь сказать? Я действительно благодарен армии: она придала мне жизненных сил, наделила меня умением плевать на слова окружающих, игнорируя постоянные "да у тебя ничего не выйдет, оставайся мальчик с нами, будешь нашим королем". Я встретил множество приятных людей, с которыми, однако я больше не хочу видеться из-за разницы жизненных ценностей и интересов. Новобранцам мне хотелось бы сказать: читайте, учитесь, не слушайте никого, и стремитесь к свободе, даже если вам говорят что это невозможно. И самое главное: не бойтесь все бросить и выбрать свой путь. Вы всегда отыщете свою дорогу!

Две страны, два президента, двое погон

Александр Шакин. Фото предоставлено автором

Генеральный директор компании "Богучарский продукт ВРН", воронежец Александр Шакин служил в Президентском полку с апреля 1990 по июнь 1992 года – тогда он назывался Кремлевским полком. Он начал служить в одной стране, а демобилизовался другой, застал путч и двух президентов, а сейчас выступает заместителем председателя ветеранской организации "Союз Кремлевцев".

"Чтобы попасть в Кремлевский полк, надо было иметь безупречную родословную, быть комсомольцем, заниматься спортом, не иметь приводов в милицию, татуировок и шрамов на теле. Также нужно было попасть в параметры по росту и весу – кремлевец должен быть не ниже 174 сантиметров и не выше 190 сантиметров. Цвет глаз и волос не имел значения – существует легенда, что в полк берут только голубоглазых блондинов, но я кареглазый брюнет, и в призыве мне это никак не помешало. Перед тем как взять на службу, меня проверяли около года. Я прошел несколько собеседований с представителями военкомата, КГБ и Кремлевского полка.

В апреле 1990 года нас привезли на Павелецкий вокзал и по традиции провезли на машинах вокруг Кремля, а уже потом мы отправились в учебный центр полка, в село Новая Купавна, где проходили курс молодого бойца. Это было очень восторженно – тебя не просто везут в учебку, а еще предварительно показывают внешние красоты Кремля, чтобы молодые ребята завороженно посмотрели на место, где им вскоре предстоит служить.

Я служил на нескольких постах: в охране штаб-квартиры 9-го управления КГБ во главе с легендарным генерал-лейтенантом Плехановым, которого я видел довольно часто, вход в Кремль у Кутафьей башни, правительственный аэропорт Внуково – 2, государственные дачи в Барвихе. Во время службы в Кремлевском полку мне удалось увидеть многих мировых звезд, в том числе Дитера Болена и Патрисию Каас, и даже президента США Джорджа Буша – старшего. Впечатлений было масса!

Одним из самых запоминающихся событий стал, конечно, путч 19 августа 1991 года. Во время попытки госпереворота кремлевцы круглосуточно охраняли объекты в Кремле, правительственные самолеты во Внуково – 2 и государственные дачи в Барвихе (довольно скромные, с виду ничего особенного, но очень серьезно охраняемые).

Удивительным фактом стало то, что я застал сразу двух президентов страны: я видел Михаила Сергеевича Горбачева и его супругу Раису Максимовну, так и Бориса Николаевича Ельцина. В эти моменты у меня было чувство соприкосновения с историей, это как увидеть пирамиду Хеопса и прикоснуться к ней. Хоть и видел этих выдающихся людей на некотором расстоянии, испытал одновременно и шок, и гордость – до мурашек.

В период путча солдатам нашего полка было приказано перешить погоны: раньше на них были буквы ГБ, а стало ОКП (Отдельный Кремлевский полк), и это уникальный момент – отдельные погоны для отдельного полка, ничего подобного ранее не было. Но ведомственный васильковый цвет погон остался!

Еще одна необычная особенность нашего призыва – это был последний раз, когда с русскими солдатами служили белорусы, украинцы и ребята из Прибалтики. Потом их, естественно, больше не призывали – ведь они стали иностранцами.

Мы несли караул сутки через двое. Одни сутки мы охраняли особые объекты: службу несли по два часа, потом отдыхали, переходили в режим резервной готовности и снова заступали на пост. На следующий день был кратковременный отдых и очень много внутренней учебной подготовки: политинформация, изучение документов, расположения объектов Кремля, строевая подготовка и так далее. На третий день часто бывали хозработы – в КДС (Кремлевский дворец съездов), в БКД (Большой Кремлевский дворец) и в Арсенале. Примерно раз в месяц у солдат полка был выходной. Те, кто заслужили безупречной службой, шли в увольнение, а остальные оставались в полку, где была шикарная библиотека, качалка, кто-то рисовал, кто-то играл на музыкальных инструментах, еще можно было смотреть телевизор в "красном уголке".

Кремлевский полк – это абсолютно боеспособное подразделение вооруженных сил. Поэтому, кроме текущей службы, солдаты полка в составе своих рот регулярно проходили сборы в Новой Купавне, где мы занимались строевой и боевой подготовкой, рукопашным боем, вели ночные стрельбы, совершали марш-броски с полной выкладкой и проходили газовую камеру – солдат в противогазах запускали в помещение с ядовитым газом, и те, кто неряшливо относился к своим противогазам и плохо за ними ухаживал, быстро выбегали оттуда.

Я очень горжусь тем, что служил в Кремлевском полку. Могу сказать, что за период службы у меня в лучшую сторону произошла смена жизненных стереотипов, я перешел какой-то внутренний рубеж. Понял чувство товарищества, научился жить и взаимодействовать в большом коллективе. В Кремлевском полку были отличные командиры – офицеры, у которых я многому научился. Домой вернулся совершенно другим человеком: более уверенным, решительным и смелым, с обостренным чувством справедливости. У меня появились новые спортивные навыки, которые тоже повлияли на психологический портрет, и отличная самодисциплина – в армии я научился жесткому тайм-менеджменту в условиях цейтнота, как принято сейчас говорить".

Ирина Бурмистрова

Материалы по тегам

Яндекс.Метрика